Однажды, в очередной раз выслушав соображения о том, что надо избавляться от нафталина на театральной сцене, Пётр Наумович Фоменко, которого не заподозришь в консерватизме, заметил (не решусь цитировать, но за смысл ручаюсь): когда столько моли, без нафталина не обойтись.
А моль — тварь въедливая, и в прямом смысле, и в переносном.
***
Достигнув определённого уровня, не вступать в партию разрешалось со скрипом крупным учёным, художникам. Может, закрытый кадровый документ существовал, определяющий меру таланта для разрешения невступления в партию. Или решения принимались сугубо индивидуально: этому — можно.
***
Переименования, манипуляции с памятниками — распространённый способ реакции на изменения в политической конъюнктуре. Барско‑халуйский способ, бессмысленный и, однако, живучий. Сегодня — попал в точку, а надо будет назад отыграть — отыграем. Дело привычное.
***
Иногда думаешь: ну зачем столько трагедий, душевных сломов, самоотверженности, если наверняка известно (опыт), что, совершив некий магический круг, ты неизбежно вернёшься туда, откуда ушёл?
Наверное, смысл всё‑таки в том, чтобы постараться пройти свой магический круг, не теряя достоинства. И желательно — разума.
Мы тем недовольны, этим, а представьте себе: если бы этого смысла не было — что бы было?
***
За крупной личностью как правило тянется шлейф, и это бы ладно. Но когда крупная личность уходит, а остаётся шлейф сам по себе, — это уже малость слишком. Если ещё несколько шлейфов, и они между собой враждую — совсем беда.
***
В метро плачет девушка громко при всех — видимо её кто‑то сильно обидел. Плачет и приговаривает:
— Что я им, твою мать, сделала? За что они б… меня так?
***
Матом можно говорить тогда, когда не матом уже нельзя. Такие ситуации в жизни случаются.
***
Нынче в магазинах, банках, аптеках по завершении операции клиента принято напутствовать пожеланием хорошего дня. Спасибо сердечное. Но понимаете, почему‑то забытое: «Вас много, а я одна» звучало как‑то душевнее?
***
Как‑то в давние времена я зашёл в старый ресторан ВТО на Пушкинской и увидел известного прогрессивного журналиста, выпивающего с поэтом, который являлся в ту пору символом консерватизма. Через несколько минут я услышал у своего уха шёпот прогрессивного журналиста:
— Да, старик, да, не удивляйся, так надо.
И пошёл к своему столику.
Тогда‑то я понял, что выпивка тоже бывает партийной работой.
Потом убеждался в этом неоднократно.
***
Разговор двух динозавров.
ПЕРВЫЙ: Что‑то апатозавры стали много себе позволять.
ВТОРОЙ: К бронтозаврам приглядеться надо. Доброжелательно. Иначе у них сделка с ихтиозаврами получится. Тогда и вовсе беда. Неандертальцы прийти могут.
Вымерли все. А какими были здоровенькими! В длину каждый метров под двадцать. И к тому же, если принять за единицу измерения вечность, наши современники, можно сказать. Так что самое время опыт перенимать. Чтоб не пришлось начинать с чистого листа.
***
Дискуссия партийных идеологов.
ИДЕОЛОГ ПРАВОГО ТОЛКА. Левое крыло отсекаем. Экстремисты нам не нужны.
ИДЕОЛОГ ЛЕВОГО ТОЛКА. Отсекаем и правое крыло. Надоели старые перечницы.
ИДЕОЛОГ ЦЕНТРАЛЬНОГО ТОЛКА.А дальше?..
Пауза.
И — ХОРОМ: — Дальше? Полетим!
Не забыть это захватывающее чувство полёта.
***
«Отчего люди не летают?» — задают вопрос Катерина из «Грозы» Островского, а также рекламный агент солидного банка — по телевизору.
Как это не летают? Только и делают, что летают.
***
В пятидесятые годы студентов привлекали к участию в деятельности народных дружин, одна из форм которой заключалась в следующем.
Дружинница расслабленно фланировала по улице Горького — до тех пор, пока кто‑то из прохожих не обращался к ней с соответствующим предложением. Дружинница как бы и не возражала, но в решающий момент возникали двое дружинников, и незадачливого кавалера отправляли в милицию.
Нынче вдумчиво обсуждаются возможность и целесообразность открытия легальных, лицензированных публичных домов.
Разумные параметры метания никак не сложатся.
От широты души, что ли?
***
Разговор в кафе.
— Сегодня к обеду — рагу из кролика. С добавками.
— С какими добавками?
— С кониной.
— А много ли добавок?
— Половина на половину. Пол‑кролика, пол‑лошади.
В глазах рябит — от рагу с добавками.
***
Встретились два бизнесмена.
ПЕРВЫЙ. Ты когда понял, что прогорел?
ВТОРОЙ. Когда горничная мне в постель завтрак не принесла. Сказала, что платить нечем. А ты?
ПЕРВЫЙ. Когда всю твою недвижимость скупил по дешёвке.
ВТОРОЙ. Так где же она — наша недвижимость?
ПЕРВЫЙ (вздохнув). Тут кафе за углом. Пойдём. На кофе с бутербродами мне пока хватит.
Через год одного посадили, другой снова разбогател. Кто где оказался — неважно. Даже если перепутали сгоряча.
***
Два интеллигента — винные гурманы у алкогольного прилавка.
А знаете коллега у меня информация: завтра здесь будет молодое Божеле.
— Я бы предпочёл молодую Новеллу.
— Из Италии? Из Италии всё‑таки желательно «Кьянти».
И тем не менее если разбираться в оттенках «Бордо»…
Голос продавца.
— Что покупаете? Не видите очередь!
— Ах да, мы покупаем четвертинку «Избёнки». Эх… да она у вас на два с полтиной подорожала.
***
Не спешите быть лучшими из лучших, даже если очень хочется. В наши торопливые времена вчерашние лучшие могут сегодня оказаться знаете кем? В одночасье, так что и сами этого не заметят.
Оставаться самим собой надёжнее.
Пожалуй, что во все времена.
***
На прогулке — две осведомлённые шоу‑болонки.
— Моя хозяйка вчера по телевизору хвасталась, что я ей стою тысячу долларов в месяц.
— А моя — тысячу двести. Насчёт миллиарда за новый особняк она приврала, перед твоей в грязь лицом не хотела ударить, а про меня — правда.
— Хватает?
— Пока да. Но ведь дорожает всё.
— Добавит. Только знаешь — говорят, скоро опять большевики придут и всё отнимут.
— У моей не отнимут. Она народные песни поёт.
— А моя — деньги на Запад перевела.
— Тогда гулять. Гулять! Мне тут дворовый кобель приглянулся.
— Подкармливаешь?
— Подкармливаю. Да мне одной всего и не съесть.
Насчёт болонок — не знаю, а насчёт телевизора — верно. Надо же народ к красивой жизни приобщать. На это не жалко экранного времени.
***
Переходя улицу, постарайтесь не думать о том, о чём правильнее думать, находясь на тротуаре. Водитель, который на вас наехал, скорее всего тоже не о том думал.
Классик может позволить себе несвоевременные мысли, на то он и классик. А по мне — так предпочтительней своевременные.
***
В невысоком заборе, окружавшем дачу, где я проводил детство, была калитка, ведущая к Москве‑реке. Я, однако, калитку эту иногда игнорировал и перелезал через забор. Видимо, доказывая окружающим, что я в силах, могу.
В детском и подростковом возрасте такое желание доказать, наверное, возникает у многих, и это нормально.
Ненормально, когда с течением лет человек обнаруживает, что иных доказательств у него нету. Печально видеть взрослого мужика, лезущего через забор.
***
На Новодевичьем кладбище — одна за другой, одна за другой — могилы генералов, ушедших из жизни раньше пятидесяти. Они совершили великий подвиг. Они выиграли Великую Отечественную войну, а жить дальше — сил не было, ни душевных, ни физических.
Отдали всё, что могли.
***
Беседуют две черепахи, одна помоложе, другой аккурат сто сорок стукнуло.
КОТОРАЯ ПОМОЛОЖЕ: Бабушка, как тебе удалось столько прожить?
КОТОРАЯ ПОСТАРШЕ: Нужно научиться жить так, чтобы в эпоху черепахового супа тебя не съели. Тогда и с другими эпохами будет полегче.
***
Стремление к идеалу человеческих взаимоотношений как вы себе представляете? Никак? А я примерно так представляю.
Звонок в дверь. На пороге — незнакомый человек, который задаёт вопрос:
— У вас чернила есть?
— Какие чернила? Нету у меня никаких чернил! Уходите, а то милицию позову.
Захлопываю дверь. Этого только не хватало. Жулья и мошенников — пруд пруди. Схемы всякие выдумывают, пароли.
Минут двадцать проходит — снова звонок. На пороге — тот же самый человек. Улыбается, потягивает скляночку.
— Я вам чернила принёс!
Мне стало стыдно. Получается, что безымянный человек со склянкой чернил (кстати, из старого анекдота) оказался проницательнее меня в суждении об эпохе.
***
А вы говорите — моль.
