De profundis

Freckes
Freckes

Андрей Кротков

Любовь по инструкции

В юности я, как все склонные к сочинительству молодые люди, время от времени бывал на собраниях литературных объединений и литературных кружков. Не могу сказать, что те посещения меня чему-то научили. Но и отрицать их известную полезность тоже не стану. Полезнее всего было предварительное знакомство с общей ситуацией в литературной среде и с нравами этой среды. А главным, что я вынес с тех литературных посиделок, стало твёрдое и по сей день непоколебленное убеждение, что литераторство — занятие для одиноких волков, что групповщина, бригадный подряд и колхозно-кооперативный строй литературе противопоказаны и что самый верный признак состоятельного литературного дарования — это выход из группы-бухточки в самостоятельное плавание по открытому бумажному морю.

Много позже, став журналистом и литератором, опубликовав тексты, совокупный объём которых занял бы несколько толстых томов, я время от времени сталкивался с памятными по молодым годам литературными объединениями. И даже получал приглашения участвовать в их работе в качестве ментора. Но неизменно отказывался от таких приглашений, ибо поза всезнающего литературного наставника мне претила и претит. О делах и проблемах молодой литературной поросли я предпочитал отзываться иронически — в фельетонном жанре. Большинство этих фельетонов остались газетно-журнальными однодневками.

С появлением на рубеже тысячелетий так называемой сетературы ситуация изменилась. Литературная кружковщина, особенно поэтическая, стала по преимуществу виртуальной. Основательно изучив поэтический виртуал и вдоволь насмеявшись над самыми выдающимися его завсегдатаями, я ощутил потребность стряхнуть морок этой графоманской вакханалии. И написал фельетон под условным названием «Инструкция по сочинению стихов о любви»:

«Для того, чтобы сочинять стихи про любовь, совсем не обязательно знать, что такое любовь. Достаточно простого желания и ознакомления с предлагаемой инструкцией.

Пролюбовные стихи пользуются популярностью и большим спросом, в рейтинге читательской востребованности стоят на первом месте (второе место занимают стихи гражданские, третье место делят стихи философские и проприродные). Поэтому всякий стихотворец, желающий заслужить хоть какое-то внимание аудитории, обязан тратить немалую часть своего времени и своего творческого потенциала на сочинение стихов про любовь — его шансы выдвинуться в другом жанре минимальны.

Любовь, перспективная с точки зрения изготовления из неё стихов, бывает шести основных видов: 1) первая, 2) последняя, 3) безответная, 4) счастливая, 5) несчастная, 6) платоническая. Про эти общедоступные и общепонятные виды любви писать проще всего. Прочие, более мелкие и несущественные, виды любви (противоестественная любовь, любовь к животным, любовь к своему делу) остиховыванию подвергаются с трудом, а любовь к родине, любовь к партии (не обязательно коммунистической) и любовь к народу относятся к иным тематическим направлениям.

Стихи о первой любви обязательно должны быть юношески свежими, непритязательными, брызжущими счастьем и оптимизмом. Поэтому сочинять их в зрелом возрасте не рекомендуется — фальшь сразу же вылезет наружу. Даже если первая любовь посетит автора в возрасте, когда пора думать о пенсии и спасении души, — от сочинения стихов про неё следует воздержаться.

Стихи о последней любви должны быть пропитаны щемящей элегической грустью. Сочинять их можно в любом возрасте, поскольку первая любовь вполне может оказаться последней — никогда нельзя быть вполне уверенным/уверенной в следующих любовях. Тем не менее стихи о последней любви всё же лучше удаются в зрелом и преклонном возрасте, потому что вероятность, что переживаемая любовь именно последняя, в этих возрастных категориях гораздо выше.

Стихи о безответной любви можно сочинять в любом возрасте. Главное при их сочинении — не сорваться в открытую брань и проклятия в адрес объекта безответной любви, который слеп и глух и не желает ничего замечать. Ни в коем случае не следует снабжать такие стихи посвящением объекту безответной любви или прямо называть его/её в тексте по имени — объект может неправильно понять и неадекватно отреагировать.

Стихи о счастливой любви — самый сложный вид пролюбовных стихов. Сочиняя их, следует прежде всего опасаться элементарного сглаза: как известно, судьба любит подставлять ножку тому, кто слишком открыто и наивно радуется своему везению, в какой бы сфере это везение ни проявилось. Поэтому стихи о счастливой любви следует по возможности избавлять от автобиографических подробностей и чересчур откровенных признаний. Удобнее всего в таких стихах сместить позицию лирического субъекта в отстранённое положение, сочинять их в безличном абстрактном модусе. Очень важно также удерживаться по возможности от щенячьих восторгов и взрывных изъявлений чувственности — эмоциональный перебор быстро утомляет читателей, особенно если читатели обделены счастливой любовью и с трудом могут представить себе, чему так радуется этот разгорячённый сочинитель.

Стихи о несчастной любви — самый продуктивный вид пролюбовных стихов с точки зрения возможности выразить широчайший спектр эмоций и переживаний. Как известно, люди гораздо больше интересуются чужими несчастьями и злоключениями, чем чужими удачами, и проявляют большую сердечность к тому, кто потерпел любовное фиаско, чем к счастливому любовнику. Именно на эту сторону дела и следует старательно нажимать. Но, нажимая, необходимо выдерживать меру, не перебарщивать. Ни в коем случае не следует превращать стихи про несчастную любовь в декларацию суицидальных намерений. Читатели не любят, когда им портят настроение такими разговорчиками, и не верят автору, обоснованно подозревая его в кокетничанье и в попытке выжать слезу. В стихотворном переживании несчастной любви непременно должен сохраняться небольшой зазор-люфт для возможного оптимистического развития сюжета, в духе «Ещё не всё потеряно».

Стихи о платонической любви — наиболее казуистичный вид пролюбовных стихов, поскольку чувственный аспект темы должен излагаться на абсолютно нейтральном, небесно-воздушном материале, не допускающем никаких игривостей и намёков на телесные радости, и ни в коем случае не должен входить в опасное сближение со стихами о противоестественной (однополой) любви.

Стихи про любовь следует писать непрерывно и в большом количестве. Оптимальный режим сочинения пролюбовных стихов — несколько стихотворений в день, или, в среднем, около 1000 стихотворений в год. При снижении указанного темпа неизбежно наступает затухание любовно-творческого потенциала, стихи становятся вяло-медитативными, в них начинают проскальзывать пессимистические и скептические нотки, вплоть до так называемого неверия в любовь, а это крайне нежелательно. Что касается жизненной правды и психологической достоверности, то в пролюбовных стихах эти пустяки не имеют решительно никакого значения. Высшая творческая задача сочинителя/сочинительницы стихов про любовь — сублимировать свою энергию в литературный материал, преобразовать её в слово. А слово и дело, литература и жизнь, как известно — области совершенно различные и крайне редко пересекающиеся».

fon.jpg