Отдел поэзии

Freckes
Freckes

Анатолий Муран

Об авторе

ПЕСОЧНЫЕ ЧАСЫ

Зимний вечер


Сетка веток в белых крошках.

В шапке снежной столб стоит.

Слиток солнца за окошком

Зимним золотом висит.


Прочертил свой путь известный

По холодному стеклу.

Вечер. Ветер. Нет мне места.

Щурясь, вглядываюсь во мглу.


В чёрной вязи голых веток

Гаснет медленно фонарь.

Вот и всё — не стало света.

За окном ночная даль.


И в душе моей темнеет

Необъятная печаль…

Утро ночи мудренее.

Утро. Вечер. Свет и мрак.

Кто так жизнь устроил мудро —

Не пойму её никак.



Дорога


Живу, живу, не знаю,

Не знаю, где найду,

Где что-то потеряю

И снова обрету.

Крута, длинна тропинка,

Ведущая в Лета.

Меняются картинки,

Меняются цвета.

То красный цвет, то чёрный,

Малиновая смесь.

И ласковый, и вздорный,

Всего на перечесть.

То солнце светлолико

Позолотит мне путь,

То пыльный вихрь сердитый

Меня ударит в грудь.

Жизнь вновь со мной играет,

Кружится разнолико.

Где только не петляет

Моей души тропинка.

Идёт туда, оттуда,

И вновь бредёт туда.

И будет так, покуда

Не загорит звезда.

Звезда иль огонёчек,

Мерцающий вдали,

Иль, может, просто точка

В другом краю Земли?


Чтоб можно было прямо,

Уверенно идти,

Через кочки, ямы,

Не растеряв любви…



Кофе и ночь


Чашку чёрного кофе

чёрной ночью

ты принесла.

Надо же — катастрофа

по моей душе прошла!


Ураганы чувства смяли

в теле жаркою волной.

Ах! Куда же мы попали?!

Кофе чёрный,

Ночь черна…



Воздушный замок


Построил я воздушный замок

И в нём долго-долго жил.

Вставал я утром рано

И образ твой лепил.

Мучился и плакал,

Клал мазки на холст.

Не ведал боли, страха,

Упрямо шёл вперёд.


И вот сейчас ты есть —

Живая предо мной.

Близкая, родная.

Букет прекрасных роз

Дарить готов всегда я.


Я долго вспоминаю,

Ведь в красках парадокс.



Песочные часы


Как скоро время ускользает.

Сквозь пальцы струится песок.

Песчинка за песчинкой тает,

Лишь горка прошлого растёт.


Но мы беспечны:

Много ведь осталось,

Минут-песчинок —

Чтобы отдохнуть.

И забываем про такую малость…

Часы уже не перевернуть.



Прощение


Ты прости за то, что было раньше,

Не вини за то, что есть сейчас.

Наш корабль уносится всё дальше,

Штормам свирепым не осилить нас.


Ветрам не в силах снасти разорвать,

И алых парусов не повредить.

И грозным тучам не заслонить звезду,

Наш яркий свет пробьёт любую мглу.


Потому,

что ты умеешь верить.

Потому,

что ты умеешь ждать.

И если вдруг беда постучится в двери,

Ты найдёшь, что ей в лицо сказать.


И не нужно никакой иной мне доли —

Только бы любить тебя, родная фея!

Твои мечты станут моей мечтой, Ассоль,

Так чудесно ждавшая капитана Грэя!




Зажжённая свеча


В тридцать три — возраст Христа, —

Не святоша я и не святой.

Ждать не стоит мне чуда. Тщета.

Всё стою с незажжённой свечой.


А вокруг перезвон наковален —

Все торопятся, счастье куют.

Из-под молотов искры летят.

Напрасно… Свечу не зажгут.


А к огню не пройти, не пробиться

Через толпу поникших людей.

В давке лишь злобные лица

К металлу спешат поскорей.


Закричать бы, да разве услышат?

По-над кузницей грохот и звон.

Поднимается копоть всё выше,

И черней с каждым днём небосклон.


А чумазые люди из кузни

Тащат счастье-подкову домой…

Только я, в ожидании, узник,

Всё стою с незажжённой свечой.


Хлопья прожитых лет, как сажа,

Оседают удушьем в груди…

Волчий вой завывает в овраге,

Пламя в топке рычит и гудит.


Нет чуда, как нет и полчуда,

За дымом не видно креста.

За стеною коварный Иуда

Втихомолку поносит Христа.



Непогода


Разучились говорить мы слова

Тёплые, душевные, простые,

Видно, застудили все голоса,

И души наши застудились.


Да, так и есть, не мудрено,

Коль кругом непогода!

Хлещет ветер ледяной в окно

Серыми клочьями небосвода.


Выдувает из наших домов тепло

Безвременья дикий ветер,

Чтобы воцарились тьма и зло,

Повсюду на белом свете.


Чтоб ни сердечности, ни тёплых слов

Не сохранилось в людях и в помине,

А только звон золотых монет кошельков

Ласкал им слух повсюду, всегда и ныне.


Ах, напрасно беснуется гроза,

Зря шумишь ты за окном, непогода.

Рядом со мною родные глаза,

Милые, добрые, в любое время года.



Канава


Шагаю вдоль канавы тропинкой,

Смотрю на воду-полотно.

По серой ряби веточки, соринки

Танцуют и падают на дно.


У берегов на клочьях пены

Кружатся букашки, жучки.

Им не выбраться из плена

Канавы этой — мутной реки.


Не отрываясь, я смотрю на воду

И вспоминаю бабушкины дни

И тётушку, что год из года

Тянула стойко трудности свои.


Проплыло всё… А может,

Всё сам придумал,

И не было канавы и ручья?

Нет, бабушка была, и тётя…

Только дума

Совсем другая мучает меня…



Небесный плач


Когда ни туч, ни облачных завес,

И день прозрачностью сверкает —

Вдруг влага падает с небес,

Лицо дождинкой орошает.


И смотришь вверх на яркий ясный свет,

Прищурив от сияния глаза,

И видишь, что грозы-то нет —

Взялась откуда капелька-слеза?


Зачем же плакать, если день блестит,

И люди рады урожаю и удаче?

Но капелька за капелькой летит,

Как будто небо отчего-то плачет…


Мы побежали радугу смотреть,

И дедушка наш вышел вместе с нами,

И замер траурно на солнечном дворе,

И шляпу снял дрожащими руками.


И что-то зная про небесные печали,

Он к небу обратил свой взор незрячий.

И губы его горько прошептали:

Ах, Небо плачет! Это Небо плачет…


fon.jpg