
***
Во саду живёт жучок —
из хитина пиджачок.
На дубовую скамью
вывел он свою семью:
Жужу, жукову жену
(цветом схожа на луну).
Рядом карапузики
вверх топорщат усики.
Начал жук считать до ста —
все расселись по местам.
Кто поёт, а кто хохочет.
Мамка крыльями стрекочет.
Замечательный биг‑бэнд
в репетиций уикенд.
Жук мечтает, чтоб инвестор
взял их в свадебный оркестр.
Это всё бы ничего бы,
но куда уйти от злобы —
за кустом мелькнул кошмар.
То крадётся «дуремар».
Форм живых переработчик
собирает в коробочек,
чтоб воздеть на needls,*
насекомых «Beatles».
*needls (англ.) — иглы
Ностальгия
Я помню жуткий отсвет стёкол —
Заря пылала цветом свёкол.
В Афгане бились «шурави».1
А в Вашингтоне Энди Ворхолл2
(Соцреализм его не «торкал»)
Ваял свой «супчик на крови».
Соцреализм меня не трогал —
Тащился я от «Харум Прокол»,3
Иль если выл в оркестре сакс.
Хотелось жить тогда «как надо».
Тянула нас к себе Канада.
Я потянул невесту в ЗАГС.
В чащобе филин ухал, ёкал.
Мне душу нерв эпохи дёргал.
А с речки веял «холодец».
Нас накрывал «бабайный ёкор»…4
Моей жены подъехал свёкор.
Ей свёкор, значит мне отец.
Душой он был прочней каната.
Сказал: «Вам не нужна Канада.
У нас ведь лучший чернозём.
Рубль крепче доллара, маната.
Канад для счастья вам не надо»…
Я понял — прав он был во всём…
Те дни, как будто как сегодня,
Хоть лет промчалось, может, сотня.
А от другого — угольки.
Досталась жизнь мне подоходней,
чем всем другим. Но — раб Господний —
В петле я нынче ностальгий.
Печальный груз мне лёг на плечи:
«Кого уж нет, а те далече»…5
Мне, память, душу не трави!
Былого образ безупречен.
Укор ему мной здесь не встречен.
Кто нынче жив из «шурави»?
1 шурави (афг.) — друзья; советские солдаты в Афганистане
2 Энди Ворхолл — американский художник‑авангардист славянского происхождения (60‑х — 70‑х годов); известен живописной рекламой томатных супов «Кемпбелл»
3 «Прокол Харум» — британская рок‑группа 60‑х — 70‑х
4 от «ёкарный бабай»
5 А. С. Пушкин
Воздаяние
Видать по дури я восстал!
Вернул за доброе хулою.
И взвился бешеной юлою,
Чтоб влезть на ложный пьедестал…
Что можно было, я в уставе
Нарушил, убежав в Рустави.
Ночами крался в Наири.
(Вдоль трассы тлели фонари).
Увы, Судьба — не Дама Блока,
В меня уж целится из «глока».
Должно, в грехах своих я вызрел —
Из‑за кустов раздался выстрел.
Я крик отчаянья издал.
От боли крутит болт в суставе…
Так Он, как Главный по «Заставе»,
мне за грехи мои воздал…
Реквием
памяти поэта А. Вдовина /Друидыча/
За окном идёт снежок.
Кто‑то звякнул в дверь.
Я к глазку, а там Сашок —
Хоть глазам не верь.
Я с испуга обронил:
«Саня, ёшкин кот!
Я ж тебя похоронил —
Скоро будет год».
— Отпустили на запой.
Вот, принёс коньяк.
Нет, так выпьем мы с тобой
Водки накрайняк.
«Водку я не пью давно.
Барахлит «щиток».*
Разве красное вино.
Да и то чуток».
С позывным «Дикообраз»
Воин — дроновод —
Молча выпил в этот раз
Водки десять «квот».
Я с досады, что не пью,
Выдавил упрёк:
«Ты почто себя в бою,
Саня, не сберёг?»
Он ответил без обид,
Принял хоть лишка:
«Мне за то, что я убит,
Дали «мужика».**
И меня не назначай,
Слышишь, дурачком!
Просто выпал, невзначай,
«Броник» мне с брачком»…
Темень мир заволокла,
Полночь на часах…
За окном колокола
Плачут в Небесах…
*«щиток» — щитовидная железа
**«мужик» (воен.) — солдатское название ордена «Мужества»
Бразильские зарисовки
Когда царил олигархат,
Сплеталось кружево аркад
Совсем как в нашем Петергофе.
В крови рождалась «шер нова».*
Веков прошедших жернова
Смололи беды в терпкий кофе.
Страна Бразилия юна —
Хоть в ней иной раз и видна
На лицах благостная старость,
Но «отдыхают» сборки ТВЭл,
Когда у жителей фавел
Вскипает праведная ярость.
Беги и лиха не буди,
А если встретишь на пути
Толпы танцующей «армаду»,
Ты их тадицию почти**
И обязательно прочти
Великолепного Амаду.
Не прячь тома на антресоль —
Найдёшь ты в этих книгах соль
Непостижимости Аккада.
Писал душой он по уму —
Не зря же «Нобеля» ему
В Стокгольме выдали когда‑то.
Парит Христос (над Ин и Ян),
Над царством диких обезьян
В просторах тёмных древней сельвы.
В ней встретив ярого кота,
поверь, дружище, никогда
Ты с ним не сможешь сделать селфи…
*шер нова (фр.) — дорогая (новая) звезда
**от почитать, уважать
Буратино
Жил в подвале дед у Клязьмы,
Часто мучился от язвы.
Как‑то раз возьми и слямзи
Сук (хоть ведал про УК).
Сшив бумажную манишку,
Прикупив на торге книжку,
Карло выстругал парнишку
Из кленового сука.
Тот стал яростно «зелёным»,
Крепким, в битвах закалённым.
Неспроста в родстве он с клёном.
И дожил до «семь по семь».
Но скрутила вдруг рутина —
Маслом писана картина…
Возмечтал наш Буратино
Про лазурный иноземь.
И покинул Ойкумену
По «культурному обмену»
(Захотелось перемену
Щей на суп из потрохов?),
Обретя шенгена визу
По бессрочному ленд‑лизу…
Встретил Васю он и Лизу*
Там на Поле Дураков…
*Базилио и Алиса — олицетворение мошенничества на доверии
Апельсиновое солнце
В небе томно развалилось солнце цвета апельсина.
Шар воздушный мчится к краю, будто сорвана узда.
А внизу бликуют пики, словно габль* ассасина,
Иль огонь животворящий православного Креста.
Под корзиною мелькают бастионы Алькатраса —
Эти грозные строенья не похожи на Ростов.
По холмам ползёт спиралью серпантиновая трасса.
Между склонами — террасса мандариновых кустов.
Скалы древние заснули в белоснежном покрывале.
Словно ветреные птицы, мимо нас летят года…
Те красоты, что под нами этим летом проплывали,
Мы с тобою не увидим в жизни больше никогда…
*габель, габль (нем.) — вилы
ассасины — воинизированная исмаилитская секта, образовавшая во времена Средневековья, шиитское государство в горах Сирии и Персии. В современной культуре это образ, олицетворяющий тайных изощрённых убийц.



