С самого детства Библия наполняла меня видением судьбы мира и вдохновляла меня в моей работе. — Марк Шагал (Glencairn museum site).

            Экстракт

            Марк Шагал (1887–1985), русский художник еврейского происхождения, оставил яркий след в мировой культуре XX века, главным образом как новатор в изобразительном искусстве, создавший свой неповторимый, индивидуальный стиль. В семидесятилетнем возрасте живописец обратился к созданию витражей, которые продолжал делать до конца жизни. Незабываемые творения мастера, вызывающие по сей день всеобщий восторг, можно увидеть не только во Франции, куда художник эмигрировал через несколько лет после начала Октябрьской революции 1917 года, но также в Германии, Израиле, США и Великобритании. Церковь Всех Святых в английской деревне Тудли уникальна тем, что это единственный в мире христианский храм, в котором все стрельчатые окна содержат полный набор витражей, спроектированных и выполненных прославленным мастером в разные годы его жизни.

            Вступление

            Церковь Всех Святых деревни Тудли имеет давнюю историю, берущую своё начало в XV веке (фото 1). До конца 1960-х годов в ней находились витражи, созданные мастерами Викторианской эпохи, которые были постепенно заменены после трагической гибели двадцатиоднолетней Сары Голдсмит осенью 1963 года в результате крушения у берегов графства Сассекс парусной лодки, на которой девушка отдыхала со своим возлюбленным (фото 2). Её родители были состоятельными людьми — сэр Генри Д’Авигдор и леди Розмари Голдсмит, они проживали в особняке, находящемся неподалёку от церкви. За несколько лет до трагического происшествия Сара, интересовавшаяся современным искусством, посетила с матерью Париж, где они вместе побывали на выставке витражей Марка Шагала. Стрельчатые окна были показаны публике перед установкой в синагоге медицинского центра «Хадасса» в Иерусалиме.

            Именно это событие послужило поводом для того, чтобы Леди Розмари, обладающая связями в художественных кругах, смогла выйти на Марка Шагала. Вместе с супругом они пожелали увековечить память о дочери, заказав мастеру витраж, который гарантировал бы максимальную простоту образов (Capel United Church website).

            В данном эссе рассматривается история создания всех двенадцати стрельчатых окон. Автор, изучая содержание и стилистические приёмы мастера в каждом из них, попытался выявить не только общую линию творческого замысла Шагала, но и уловить переданное мастером внутреннее состояние. Отдельно рассматривая центральный витраж, на котором повествуется путь Сары после смерти в Царство Божие, автор с индивидуальным подходом старался изучить запечатленные на витраже образы и символы. В создании эссе автор полагался не только на архивные материалы, связанные с сотрудничеством Марка Шагала и семьёй Голдсмит, хранящиеся в настоящее время в церкви Всех Святых, но и на несколько интернет-статей. Все фотографии, использованные в эссе, сделаны лично автором.

            Процесс создания витражей

            Изначально родители Сары изъявили желание заказать у мастера только один витраж. Когда Голдсмиты обратились к Шагалу со своей просьбой благодаря общему знакомому, он к тому времени был уже сложившимся мастером с мировой известностью и, сославшись на чрезмерную занятость, вынужден был отказать им, но Леди Розмари была настойчива, и в конечном итоге художник согласился, прислав первый эскиз, на котором изобразил образ своей первой супруги Беллы в виде ангела, летящего в небе. Это было частое эмпирическое повторение на многих его поздних картинах. Идея была отвергнута, потому что она не имела никакого отношения к жизни Сары. Родители хотели, чтобы на витраже были изображены сцены истории жизни и смерти их дочери. Витраж был изготовлен и установлен в 1967 году, заменив прозрачное окно в центре церкви. Художник лично присутствовал на церемонии открытия и восторженно воскликнул по-французски: “C'est magnifique, je les ferai tous!” — «Это великолепно, я сделаю их все!» (Capel United Church website.) Обещание русского мастера было выполнено созданием всех остальных витражей, процесс, который занял всю оставшуюся жизнь. Внутри храма можно увидеть фотографии рабочих акварелей, на которых художник зафиксировал свои творческие замыслы (фото 3, 4). Все окна были изготовлены на стекольном заводе Simon-Marq в Реймсе, включая последние четыре, которые были доставлены в церковь и установлены в 1985 году, в год смерти мастера (Visit Stained Glass website).

            Художественный анализ витражей

            Основной темой витражного цикла является образная история повествования от сотворения мира до воскресения души. В первом витраже Ева предлагает Адаму отведать с дерева запретный плод (фото 6).

            Тёмно-синий цвет, который ассоциируется у Шагала с любовью и духовностью, доминирует в большинстве окон, хотя пятый витраж выстроен в золотых, зелёных и пурпурно-розовых тонах, а последние два в окнах к югу от нефа были расписаны в тёплых жёлтых и оранжевых тонах, наводя на мысль о надежде на воскресение (фото 7–10). Они резко контрастируют с синими окнами на противоположной стороне, которые наводят зрителей на размышления. Фигуративные мотивы художника прослеживаются в каждом витраже: птицы, рыбы, ослики, бабочки и летящие ангелы (фото 11–13). Во всех них чувствуется ощущение радости и любви мастера, проникнутого гуманизмом ко всему живому. Белый цвет, который также появляется на изображениях ангелов и птиц, ассоциируется со Святым Духом.

            По словам Виктории Чарльз, Шагал обладал хорошей интуицией, осознавая осязаемую физическую ценность цвета как носителя. Использование зелёного, белого и розового цветов в данных витражах обозначает для художника вселенную человеческих страстей. Здесь мастер максимально выявляет сияние цветовых тонов, используя их звучность (Charles, p.18–24).

            На четвёртом и девятом витражах можно разглядеть счастливые лица, возможно, на них мастер изъявил желание изобразить самого себя (фото 13а). Своё новаторство добавляет сама природа, поскольку в зависимости от времени суток дневной или вечерний свет естественным образом меняет тона в окнах. Эффект впечатления от преломления света смог усилить сам Шагал, который добавил линии, царапины, отпечатки пальцев, когда принимал активное участие в создании витражей совместно со стекольным мастером Шарлем Марком. Чтобы добиться максимального сходства с рисунками, в стекло добавляли кислоту, которая разъедала его и давала необходимый художнику цветовой оттенок (Neervoort-Moore, p. 38). После этого Шагал, полагаясь на собственное воображение, на готовых витражах, на которых уже присутствовали основные цвета, подрисовывал детали в технике гризайли. По утверждению самого мастера, его витражи являются не чем иным, как пограничным пространством между земным и небесным, они в качестве прозрачной перегородки отделяют его сердце от целого мира.

            Центральное витражное окно

            Центральный витраж связан с символикой смерти и воскресения, на нём изображён путь Сары ко Всевышнему после смерти (фото 14). В нижней части удлинённая фигура Сары находится в море (фото 15). Умилённое лицо девушки выражает блаженство и умиротворение, но в целом сцена вызывает у зрителя скорее некое оцепенение (фото 16). Сару можно сравнить с мёртвой Офелией сэра Джона Эверетта Милле, плывущей по реке, чьё лицо также умиротворено и безмятежно (фото 15а). Сверху Шагал изобразил сидящую на берегу моря скорбящую мать умершей девушки в образе Мадонны, держащей на руках двух своих дочерей: живую — в ярких красках на переднем плане и мёртвую Сару — на заднем, которую художник изобразил, скорее, как бледную тень (фото 17).

            Справа на витраже можно разглядеть дом семьи Голдсмит в Тудли, а дальше видно, как море выносит Сару на берег. Вверху красный конь везёт её к лестнице, ведущей к Христу на кресте, окружённому ангелами (фото 14, 18a). Следует отметить, что левая рука ангела непропорционально длинна. Уникальность образа Иисуса заключается в том, что, в отличие от установленных канонов, изображающих распятого Спасителя на кресте в боли и страданиях, в этом уникальном витраже Шагал изобразил Христа полным радости и мира, с распростёртыми объятиями приветствующего Сару в Царстве Божием (фото 18).

            Конь, на котором восседает Сара, изображён в красном цвете — символе радости для Шагала. В центральном окне прослеживаются все стилистические приёмы мастера: вытянутые фронтальные фигуры и отказ от перспективы. По словам Виктории Чарльз, красный цвет является не только символом счастья, но и характерным элементом репрезентации художника, вдохновлённого иконами новгородской школы (Charles, p. 18, 19, 21). Мастер стремился показать надежду на спасение души и всеобъемлющую любовь Бога.

            Дома Витебска с деревянными заборами и разноцветным декором часто присутствуют на картинах Шагала, выросшего в этом городе. Этот витраж не является исключением — на нём в зелёном треугольнике можно разглядеть крышу. Тёмный вихрь в верхней части окна даёт представление о том, что земля когда-то была пустой, что описывается в строфах первого бытия из Tohu wa-bohu (Phelps, e-article).

            Православная и иудейская конфессии мирно сосуществовали в Витебске, и Шагал считал, что человек является главной причиной разделения религий, так как Бог для всех них един. Еврейская Библия оказала большое влияние на мировоззрение художника, темы из которой рождались в его воображении на протяжении всей долгой жизни. По-своему интерпретируя Священное Писание, мастер свободно использовал яркие краски в своём творчестве. Лестница и ангелы центрального витража наводят на параллели с картиной «Сон Иакова» (1960–1966), которую мастер завершил незадолго до получения заказа на создание главного окна (Wilson, p. 16–18, фото 19).

            Витражи как культурное наследие

            Как отметила Эмма Уотертон, наследие — это версия прошлого, которая не ограничивается простой демонстрацией экспоната, но также связана с ним через события и места для культурных целей настоящего. За последние три десятилетия были разработаны способы интерпретации и сохранения этих объектов с точки зрения идентичности и выявления их культурной значимости на тему ценности и подлинности (Waterton & Watson, 2015, p. 1).

            В настоящее время витражи Шагала вместе с церковью Тудли входят в список объектов культурного наследия Великобритании. Сам храм относится к первой категории для зданий (Kent County Council website). Основным препятствием для увеличения количества посетителей (в том числе и туристов) является его неудобное расположение с точки зрения транспортного сообщения. Именно по этой причине витражи Шагала не получили широкой известности. Тем не менее свой вклад приносит деятельность существующего Фонда сохранения окон Шагала под руководством младшей сестры Сары — Хлои Тичер (Голдсмит), занимающейся витражами совместно с другими попечителями (Phelps, e-article). Последняя реставрация стрельчатых окон в церкви проводилась в 2010 году, когда были отремонтированы фасады и произведена чистка всех витражей от загрязнений.

            Заключение

            В творчестве Шагала всегда присутствует тайна в виде образов из его воспоминаний. Зачастую его живопись ассоциируется с музыкой, поскольку цвета наводят на ощущение ритмов, а линеарность — на музыкальную мелодию. Любовь, добро и красота — основополагающие составные творчества Шагала, который в своих счастливых фантазиях сумел воплотить самые обыденные элементы жизни в искусство вселенского масштаба. В витражах церкви в Тудли мастера, постигшего тайну времени, чувствуется его стремление к наивной простоте и лучезарности, а само время то свободно движется вперёд, то возвращается обратно. Неслучайно при создании витражей мастер был вдохновлён восьмым псалмом, в котором повествуется о хвале и благодарности Всевышнему, наделяющему человека силой и энергией.

            Между ними видна связь в схожих символах, запечатлённых художником: лестница, ведущая к Господу, ангелы и цветовое решение с доминирующим преобладанием синего цвета. На пороге старости Шагал полюбил этот новый для него вид творчества, связанный с созданием витражей, потому что, как он считал, это дало ему свободу рисовать солнечным светом. В витражах, помимо образов из Ветхого завета, переплетаются схожие элементы, почерпнутые из еврейской и христианской религии. Находясь в преклонном возрасте, мастер главным образом повторял свои оригинальные идеи расцвета творчества периода 1920-х годов, однако раскрыл новые горизонты в использовании насыщенности цвета (Schlenker, p. 35, 36).

            Церковь Всех Святых и витражи Марка Шагала производят неизгладимое впечатление на посетителей, оказывая на многих из них необычайное воздействие вне зависимости от религиозных убеждений и веры (National Churches Trust).