top of page

Отдел прозы

Freckes
Freckes

Марина Завьялова

Три рассказа

Двое

Они очень любили улыбаться. Улыбались всему: дождю, солнцу, холодному ветру в прихожей, запаху жареного мяса из кухни или свежей рыбы из сумки. Они не помнили, откуда появились, только ощущали какое-то время разливающееся рядом тепло и щекотливое чувство легкого голода, потом это чувство пропало вместе с теплом. Они поняли, что очутились вместе, в один момент прижались друг к другу и так с тех пор и не расставались.

Потом была тряска, ветер, пахнущая странным образом то ли коробка, то ли корзинка. А затем наступило блаженство и покой. Еда была великолепной, они чувствовали, что их любят, они спали в тепле, вдыхали запах солнца и радости, присутствовавшей повсеместно. Они улыбались, часто играли целый день, а по вечерам смотрели в окно на удивительную, проходящую рядом жизнь.

Ещё они мечтали, как вырастут, выпрыгнут в окно и побегут в зелёную свежую траву, к благоухающему кусту жасмина, к детям, играющим в песочнице, будут кувыркаться и играть под ярким солнцем. Там, за окном, ждали свобода и подвиги. Потом они вернутся домой, где их встретят вкусная еда и уютная кровать, тепло любимых рук, пахнущая сладким до головокружения шампунем ванна. И сон, такой глубокий и светлый, что им может позавидовать целый мир за окном.

А потом всё переменилось. Подул холодный ветер из прихожей, начался шум и грохот, кто-то рядом спорил и кричал. Еды стало меньше, они поняли, что их почему-то перестали любить. С утра до вечера слышались громкие шаги, стук, шорох отваливающихся обоев. Они не понимали, в чём виноваты, куда пропало тепло и как жить дальше.

Затем они оказались в жёсткой коробке, опять была тряска, потом жуткий запах, холод и ночь. Страшный, пронизывающий холод. Они начали кричать, но это не помогало. Они плакали, прижавшись друг другу, просили мир о помощи, но становилось всё холоднее и холоднее. И тогда они поняли, что никто больше не погладит их по мягкой шёрстке, не нальёт в блюдце молока, и никому они больше не нужны. Впереди только ужас и бездонная ледяная ночь...

Нелюбовь

Ну не любила она его. Не-лю-би-ла. И точка. Как надоели эти внезапные фотки в вацапе каких-то чашек кофе с пирожными, морских берегов или его довольной рожи. Правда, стареющей. И морщин с каждым разом становилось всё больше, и седой совсем. В последний раз прислал себя на фоне какого-то чугунного чувака на набережной с собакой, таких много во всех приморских городках. А ей предстояло угадать, куда его опять занесло. Да какая разница? Неужели не понимает?..

Она вздохнула, пошла мыть посуду. Разболелась спина и предательски заныл зуб. Значит, опять к дождю. Где-то там в морях плавает её бывший и зачем-то постоянно даёт о себе знать. Издевается, что ли?

«Угадала?» — пропищал вацап.

«Да иди ты» — её привычный ответ.

И всё равно они продолжали общаться, таким диковинным и неуважительным способом.

Они познакомились на сайте знакомств лет 7 назад, у неё был творческий подъём, а у него спад. Или наоборот? Впрочем, это не важно. Встретились, и понеслось... А потом наговорили друг другу гадостей, обвинили во всех смертных грехах. После такого ни о каком продолжении и речи быть не могло.

«Ну как, просветлело в мозгу, ушастая?» — она помнила его первое после ссоры сообщение.

«Да иди ты...»

Потом он прислал ей фото парка, в котором гулял, а она свою расцветшую на окне фиалку. И опять понеслось...

Их странные виртуально-романтические отношения явно зашли в тупик, но отчего-то продолжались. Она ему: у меня новое платье, смотри, красота какая. Он ей: тебе совсем не идет. Тебе надо в шортах ходить и ягодицы качать. Да иди ты...

Или он вдруг присылает ей арбуз — смотри, какой аппетитный! Пригласи в кафе, съедим вместе. Она: ты мужчина, ты и приглашай. А он: ты богатая, ты и приглашай... Хам! Издевается.

После очередной многомесячной паузы она вдруг сама написала: «Не женился ещё? Мне бы спокойнее было». А он присылает фото в смешных, совсем не идущих ему очках. И пишет: «Познакомь с хорошей женщиной, не такой, как ты». Вот как это понимать?

А потом опять фотки каких-то гор и требования покормить в ресторане. Но она ж его не любила! И снова: «Да иди ты...»

Однажды она ехала в метро и вдруг увидела его: тот же профиль, седина, сердце чуть не выпрыгнуло. Подошла поближе — нет, не он... Может, хватит себя мучить?

Под Новый год опять: «Привет, ушастая». Вот что делать? Ведь это не любовь, а психологическая игра, издевательство. Или все-таки она ошибается? Отвечать или нет? Она не знала.

И тут раздался звонок в дверь.

Зеркало

Саша вошла в комнату. Здесь было темно, старинная мебель словно наваливалась на входящего — такая была пышная и громоздкая. Огромное зеркало поблёскивало в углу комнаты, в воздухе висели пылинки, видимые из-за пробивающихся сквозь массивные портьеры слабых лучей света. Жизнь словно остановилась.

Саша осторожно ступала по скрипучему паркету, стараясь двигаться медленно и бесшумно. Она подошла к маленькому журнальному столику. Столик тоже был старинный, из морёного дуба, его ножку оплетали листья и ягоды винограда, искусно вырезанные мастером. Саша присела рядом на краешке огромного дивана, покрытого пыльным бархатным покрывалом с бахромой.

Подробности аварии она не могла вспомнить. Помнила только, как долго собирались ехать на дачу. Её маленькая дочка ныла всё утро, муж мрачно завтракал, говорил, что болит голова и для дачи сегодня плохая погода. Но Саша настояла, всю зиму они просидели в городе и сейчас, весной, хотелось вырваться на природу, несмотря на ливень и неожиданный апрельский холод.

Она провела пальцем по поверхности журнального столика. Остался след — неровный, узкий, какой-то ненастоящий. Похожий на узкую просёлочную дорогу. Могли бы они не поехать? Что бы остановило их тогда? Больная голова мужа, его настойчивость? Или машина бы не завелась, у дочки могла вдруг подняться температура... Она не знала. Всё равно бы поехали, сквозь дождь и серость, потому что очень хотелось свежего воздуха, молодой нежной зелени, потрескивающего костра, сжигающего старые сухие ветки, ощущения весны и свободы...

На стене отзвонили часы. Саша встрепенулась и почувствовала, что давно знает это место, здесь, в этой комнате, её как будто ждали. Она прикрыла глаза и постаралась не думать. Но у неё не получалось...

Когда погрузили вещи в машину, ливень как будто чуть притих. Дочку посадили в детское автомобильное кресло, муж уложил в багажник мешки с бельём, еду, велосипед. Вещи еле влезли, он с раздражением сел за руль и включил радио, долго выбирал волну, потом остановился на «Монте Карло». Наконец поехали, Саша пристегнулась и подумала, что всё хорошо, скоро они будут наслаждаться ароматом дождя и сочного шашлыка с дымком... Потом долго ехали в пробке, дочке пришлось рассказать кучу сказок, наслушавшись, она взяла бутылочку и задремала. Наконец выехали на проселочную дорогу, размытую, с ямами, лужами и колдобинами от дождя. Муж прибавил скорость и переключил радио на «Серебряный Дождь».

Саша открыла глаза, вздохнула, посмотрела на противоположную стену. Медленно, не отрываясь, превращаясь в себя — маленькую девочку, с белыми бантами, с косичками, в пышной юбочке. На неё глядел портрет отца. Глаза его как будто улыбались, обещали, что ничего плохого больше не будет. Она в его кабинете, в их старой квартире, только пыльно здесь стало и воздуха мало. Душно.

По просёлочной они ехали недолго. Мелькали стволы деревьев, сквозь тучи пробивалось солнце. Откуда-то прямо перед ними вдруг возник грузовик, она услышала крик мужа, всё замелькало перед глазами в разноцветных пятнах. Затем осталось одно красное пятно. Больше она ничего не помнила.

Саша встала с дивана, слегка отодвинула пыльный столик, подошла к портрету. Встретившись глазами с отцом, отвела взгляд. Затем подошла к огромному зеркалу, зеркалу из детства, но сейчас пустому и холодному. Она посмотрела в блестящее стекло, поправила волосы и закрыла глаза. В зеркале она не отражалась.


fon.jpg
Комментарии

あなたの思いをシェアしませんか一番最初のコメントを書いてみましょう。
Баннер мини в СМИ!_Литагентство Рубановой
антология лого
серия ЛБ НР Дольке Вита
Скачать плейлист
bottom of page