Отдел прозы

Freckes
Freckes

Сергей Белорусец

Чукфест. Чёртова дюжина лет (Хроника возникновения, выживания и умирания…)

Из книги «Не дело жизни, или Шоу маст Бибигон!..» Окончание. Начало в № 31–44

2019, чуть раньше и несколько позже…

Текст кассационной жалобы ответчика, писанный адвокатом Олегом Макрецовым, был чуть отточен и отредактирован другим нашим юридическим помощником.

Сашей.

Александром Овёсновым.

Дело было после проигранного нами вторично дела…

Ближе к средине июля 2019-го.

А сама кассационная жалоба ответчика, в итоге так и неподписанная первым секретарём Союза писателей Москвы Евгением Сидоровым, выглядела нижеследующим образом:

В Арбитражный суд Московского округа

Адрес: 127994, г. Москва, ГСП-4, ул. Селезнёвская, д. 9.

(через Арбитражный суд города Москвы)

От Ответчика (заявитель кассационной жалобы):

Региональная общественная организация

«Союз писателей Москвы»

(ОГРН 1037739070115, ИНН 7703022811/

адрес: 121060, г. Москва, ул. Б. Никитская, д. 50а/5, стр. 1,

тел./факс: (495)691-70-29)

Истец: Департамент средств массовой информации

и рекламы города Москвы

(ОГРН 1117746153480, ИНН 7704776811/

адрес: 121099, г. Москва, ул. Новый Арбат, д. 36.)

Дело № А40-138405/18-142-967

КАССАЦИОННАЯ ЖАЛОБА

на решение Арбитражного суда города Москвы от 06 марта 2019 года, постановление Девятого Арбитражного апелляционного суда от 24 июня 2019 года

Решением Арбитражного суда города Москвы от 06 марта 2019 года удовлетворены в полном объёме исковые требования Департамента средств массовой информации и рекламы города Москвы (истец) о взыскании с региональной общественной организации «Союз писателей Москвы» (ответчик) задолженности по договору о предоставлении субсидии № 160-ДС/14 от 25.12.2004 (далее — Договор) в размере 716 400 рублей.

Постановлением Девятого Арбитражного апелляционного суда от 24 июня 2019 года решение суда оставлено без изменения.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции сделал следующие выводы:

1. Факт установления по итогам проверок, проведённых истцом, нарушений ответчиком целей и условий, определённых Договором, подтверждён материалами дела, в том числе актом от 07 июня 2017 года.

2. Доказательства соблюдения получателем субсидии условий её предоставления ответчиком не представлены, и на наличие таких доказательств ответчик не ссылается.

3. Истцом не пропущен срок исковой давности по делу, поскольку о нарушении ответчиком условий предоставления субсидии истец мог узнать не ранее составления акта проверки (07 июня 2017 года).

Суд апелляционной инстанции согласился с указанными выводами в полном объёме.

Ответчик не согласен с вынесенными по делу судебными актами, считает, что они подлежат отмене.

Согласно п. 1 ст. 288 АПК РФ основаниями для изменения или отмены решения, постановления Арбитражного суда первой и апелляционной инстанций являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

В данном деле такого характера нарушения допущены нижестоящими судами и выразились в следующем.

1. Выводы нижестоящих судов о том, что истцом не пропущен срок исковой давности, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и сделаны в результате неправильного применения норм материального права (ст. ст. 199, 200, 203 ГК РФ).

В силу ст. 195 ГК РФ под исковой давностью признаётся срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Для правоотношений, связанных с предоставлением субсидии из бюджета г. Москвы, законом не установлены какие-либо специальные сроки исковой давности, что подтверждается судебной практикой (Решение Арбитражного суда г. Москвы от 03.11.2017 по делу № А40-99762/17-105-768).

Следовательно, по настоящему делу подлежит применению общий срок исковой давности в три года, установленный ст. 196 ГК РФ.

Срок исковой давности подлежит исчислению по общему правилу п. 1 ст. 200 ГК РФ — со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (нарушении ответчиком условий Договора) и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 21.08.2017 № 305-ЭС17-1467 по делу № А40-229083/2015, постановление Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 21.10.2003 № 6290/03, Решение Арбитражного суда г. Москвы от 03.11.2017 по делу № А40-99762/17-105-768). Из материалов дела усматривается, что по условиям пункта 2.2.4.2 Договора ответчик обязан в срок не позднее чем через 35 календарных дней после завершения деятельности, предусмотренной п. 1.2 Договора (IV квартал 2014), предоставить истцу — итоговый (сводный) отчёт об исполнении обязательств по Договору.

Данную обязанность ответчик выполнил надлежащим образом.

29.01.2015 ответчик предоставил истцу итоговый отчёт от 28.01.2015 об исполнении обязательств по Договору, что подтверждается обжалуемыми судебными постановлениями и не оспаривалось истцом.

В соответствии с п. 2.3.1. Договора Департамент (истец) вправе в удобной для него форме осуществлять проверки достоверности представляемой Организацией (ответчик) информации о расходовании средств субсидии, выполнении условий Договора и иной информации о финансово-хозяйственной деятельности Организации.

При этом в Договоре отсутствует указание на какой-либо итоговый документ (письмо, уведомление, сообщение, акт и т. д.), который должен быть составлен по результатам проверки итогового отчёта, а также срок его составления.

Согласно материалам дела следует, что в период с 29.01.2015 по 17.02.2015 истцом была проведена проверка итогового отчёта от 28.01.2015 на предмет выполнения ответчиком условий Договора.

По результатам проверки в адрес ответчика было направлено письмо от 17.02.2015 № 02-10-718/15, в котором истец указал, что согласно проведённому анализу итогового отчёта от 28.01.2015 г. следует, что РОО «Союз писателей Москвы» не выполнена в полном объёме обязанность по предоставлению отчётности и документов, подтверждающих выполнение условий Договора.

Аналогичные выводы содержатся также и в письмах Департамента от 02.04.2015 № 02-10-1960/15 и от 28.05.2015 № 02-10-1960/15, направленных в адрес ответчика по результатам проверок итогового отчёта от 28.01.2015 г. и дополнительного итогового отчёта от 21.04.2015.

Так, в письме от 28.05.2015 № 02-10-1960/15 истцом указано, что замечания, указанные в письме Департамента от 02.04.2015 № 02-10-1960/15, учтены частичны. Не устранены в т. ч. следующие замечания:

– Организацией не представлены товарно-сопроводительные документы на передачу товарно-материальных ценностей.

– Расходы по статье «Расходы на денежные подарки по договорам дарения» документально не подтверждены.

– Документально не подтверждены затраты, понесённые за счёт собственных средств и подтверждающие выполнение Организацией условий пункта 1.3. Договора.

В исковом заявлении истец неоднократно ссылается на вышеназванные письма (стр. 3, 14 искового заявления).

В абзацах 8–10 стр. 3 искового заявления истец в обосновании своих требований ссылается на следующие обстоятельства по делу:

«В результате Департаментом был сделан вывод о неисполнении Организацией требований Договора, в том числе о непредставлении отчётности и документов, подтверждающих выполнение условий Договора, о чём Организация была уведомлена письмом от 28.05.2015 № 02-10-1960/15.

Ввиду несоблюдения Организацией существенных требований договора и непредоставления надлежащей отчётной документации и документов, подтверждающих исполнение обязательств по договору, предоставленная Организацией итоговая отчётность не могла быть утверждена Департаментом, а предоставленная Департаментом субсидия не могла рассматриваться как использованная эффективно и надлежащим образом.

Следует отметить, что Организация была неоднократно уведомлена Департаментом о допущенных её нарушениях Договора (письма от 17.02.2015 № 02-10-718/15, от 02.04.2015 № 02-10-1960/15, от 28.05.2015 № 02-10-1960/15, от 18.01.2016 № 02-40-97/16), однако устранение допущенных нарушений произведено не было».

Таким образом, согласно положений п. 1 ст. 200 ГК РФ началом исчисления срока исковой давности по настоящему делу следует считать — 17.02.2015, поскольку по состоянию на указанную дату истец узнал о нарушении ответчиком условий Договора, что в силу пунктов 5.1, 8.1 Договора является основанием для возврата полученной субсидии в бюджет г. Москвы.

Именно с этого момента истец должен был в пределах срока исковой давности избрать надлежащий способ защиты нарушенного права.

Доводы истца, поддержанные нижестоящими судами о том, что по просьбам ответчика истец проводил дополнительные проверки и поэтому срок исковой давности следует считать от даты составления акта проверки (07.06.2017 г.) не основаны на законе.

В соответствии с п. 20 Постановления Пленума ВС РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее Постановление Пленума ВС РФ от 29.09.2015 № 43) течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга (ст. 203 ГК РФ).

Вместе с тем, таких действий со стороны ответчика не было. В обращениях в Департамент от 16.12.2016 г. и от 15.08.2017 г. ответчик никогда не признавал обязанность по возврату субсидии. Напротив, в данных обращениях ответчик указывал, что полученные по Договору в качестве субсидии денежные средства были израсходованы на предусмотренные Договором цели.

Следовательно, вывод суда, что срок исковой давности следует исчислять со дня составления акта проверки — 07.06.2017, поскольку о нарушении ответчиком условий предоставления субсидии Департамент не мог узнать ранее, является несостоятельным и основан на неверном толковании норм права, так как противоречит положениям п. 1 ст. 200, ст. 203 ГК РФ и фактическим обстоятельствам по делу.

Позиция истца, поддержанная судами первой и апелляционной инстанции фактически означает, что начало течения срока исковой давности связывается исключительно с совершением определённых действий стороны по договору (в виде составления акта проверки, что является правом, а не обязанностью Департамента), что не соответствует положениям п. 2 ст. 200 ГК РФ.

Даже если срок давности по делу исчислять с 28.05.2015 г., то все равно 3-летний срок исковой давности пропущен истцом, т. к. правом на защиту истец воспользовался только лишь 19.06.2018 г. предъявив соответствующий иск в суд.

Ходатайство о восстановлении пропущенного срока истцом заявлено не было.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 15 Постановления Пленума ВС РФ от 29.09.2015 № 43, следует, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абз. 2 п. 2 ст. 199 ГК РФ).

Таким образом, правовые основания для удовлетворения исковых требований отсутствуют в связи с пропуском истцом срока исковой давности.

Приведённая правовая позиция подтверждается сложившейся арбитражной практикой по аналогичным делам — например, Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 05.06.2018 № Ф05-6676/2018 по делу № А40-99762/2017, Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 16.04.2018 № Ф05-4046/2018 по делу № А40-62499/2017, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 18.02.2019 № Ф05-6216/2018 по делу № А40-116573/2017.

2. Судом при рассмотрении настоящего спора не применены положения п. 3 ч. 3 ст. 78 Бюджетного кодекса РФ.

Согласно п. 1.2. Договора субсидия была предоставлена на возмещение затрат ответчика по организации и проведению публичного общественно значимого мероприятия, а именно: ежегодного Фестиваля детской литературы им. К. Чуковского с вручением одноимённой литературной премии в период — IV квартал 2014 года.

Возврат субсидии согласно действующему законодательству (п. 3 ч. 3 ст. 78 Бюджетного кодекса РФ) может быть произведён только лишь при наличии надлежащих доказательств фактов нецелевого использования бюджетных средств, т. е. на цели, не соответствующие условиям получения указанных средств (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 26.02.2019 № Ф05-191/2019 по делу № А40-29449/2018).

Истцом в дело не представлено никаких доказательств фактов нецелевого использования ответчиком бюджетных средств, предоставленных в качестве субсидии.

В суде истец не оспаривал факта, что денежные средства, полученные ответчиком в качестве субсидии, были потрачены им целевым образом.

Однако нижестоящие суды не применили положения п. 3 ч. 3 ст. 78 Бюджетного кодекса РФ при рассмотрении настоящего спора, что повлекло за собой принятие незаконных решений.

3. Выводы суда о том, что ответчиком не представлены доказательства соблюдения получателем субсидии условий её предоставления, не соответствуют фактическим обстоятельствам по делу.

Ответчиком в материалы дела представлен отзыв, в котором подробно изложена его позиция по делу. К отзыву приобщены доказательства соблюдения ответчиком условий целевого использования полученной субсидии в соответствии с условиями Договора, а именно:

– сопроводительное письмо в Департамент от 29.01.2015;

письменные обращения в Департамент от 16.12.2016 и от 15.08.2017;

– платёжные поручения РОО «Союз писателей Москвы» от 29.12.2014 №№ 145-165.

Кроме того, в материалах дела содержатся и иные доказательства, подтверждающие надлежащее исполнение ответчиком условий Договора (протокол заседания жюри Литературной премии имени К. Чуковского, договоры возмездного оказания услуг, акты выполненных работ, платёжные поручения), которые были приобщены истцом к исковому заявлению вместе с итоговым отчётом ответчика от 21.04.2015.

При этом несущественные нарушения при оформлении итогового отчёта сами по себе не являются основанием для вывода о неэффективном или ненадлежащем использовании субсидии, так как согласно п. 2.2.4.2 Договора, в Приложении 3 к Договору приведена примерная форма отчёта.

Соответственно, нарушения ответчиком формы отчёта не тождественны нарушением цели и условия предоставления субсидии из бюджета города Москвы, и не являются основанием для требования о возврате субсидии истцу.

Учитывая вышеизложенное и руководствуясь ст. ст. 273, 287, 288 АПК РФ,

ПРОШУ:

Отменить решение Арбитражного суда города Москвы от 06 марта 2019 года и постановление Девятого Арбитражного апелляционного суда от 24 июня 2019 года по делу № А40-138405/18-142-967 и направить дело на новое рассмотрение в соответствующий арбитражный суд.

Приложение:

1. Копия решения Арбитражного суда города Москвы от 06.03.2019 г.

2. Копия постановления Девятого Арбитражного апелляционного суда от 24.06.2019 г.

3. Почтовая квитанция об отправке копии кассационной жалобы истцу.

4. Платёжное поручение об уплате госпошлины.

5. Документ, подтверждающий полномочия на подписание кассационной жалобы (копия).

Первый секретарь

Союза писателей Москвы Е. Ю. Сидоров

А ещё до этого, сразу после решения Апелляционного суда Саша Овёснов в нечеловечески сжатые сроки соорудил справку для Филатова.

По просьбе Сергея Александровича, адресованной мне и переадресованной мной Саше.

Чтобы Филатов, разобравшись в сути вопроса, мог переговорить по этому поводу с Горбенко.

А заодно и переправить ему Сашину справку.

То ли в электронном, то ли в бумажном виде…

К тому времени Филатов уже знал от Сидорова о том, что СПМ судится с Департаментом СМИ и рекламы (вернее, наоборот — это Департамент судился с нами…).

Причём знал даже несколько раньше.

Как минимум — с начала марта.

С момента проигранного нами дела в суде первой инстанции — точно уже знал.

Потому что Сидоров сразу же попросил меня переслать Филатову на электронную почту и судебное решение, и моментальные комментарии наших юристов.

После того, как сам глянул.

Я переслал.

Думаю, есть смысл процитировать здесь комментарий Александра Овёснова:

Суд, по сути, согласился со всеми выводам Истца (Департамент СМИ и рекламы) в совокупности. Жаловаться далее безусловно нужно, поскольку решение суда первой инстанции очевидно не соответствует фактическим обстоятельствам дела и сложившейся практике, на что в том числе справедливо указывает адвокат Олег Макрецов. Другое дело, что никто не даст гарантий на то, что апелляция подойдёт к данному делу более внимательно, чем «судья» первой инстанции. Считать срок исковой давности от даты проведённой проверки — это просто за гранью добра и зла, «кровь из глаз» любого юриста. Так выходит, что если проверку не проводить, то срок никогда не истечёт.

Сумма госпошлины будет половина от указанной в решении, то есть 17 328/2 = 8664 руб. Образец платёжного поручения высылаю.

Ну а следующий тур моего околосудебного общения с Филатовым возник уже летом.

Впрочем, я до сих пор не в курсе, беседовал ли Сергей Александрович тогда с Горбенко.

Хотя примерно через пару недель после описываемого случая вдруг встретил Сергея Александровича.

В рабочий полдень понедельника.

По дороге в магазин за арбузом.

На абсолютно пустом пятачке перед торцом моего дома.

Находящегося в лесах капитального ремонта…

Сергей Александрович в одиночестве сначала входил в подземный переход, а потом из него выходил.

Точнее, человек, похожий на Сергея Александровича.

Так мне это увиделось.

Причём выглядела эта картина столь ирреально, что представить такое было абсолютно невозможно…

Вот я предположил, что наблюдаю глюк.

В чистом виде.

Ибо все прошедшие две недели я только и думал о том, как сложился контакт Филатова и Горбенко.

А тут Филатов.

Собственной персоной.

В гордом одиночестве движется по направлению к кассам Центрального московского ипподрома…

Я остановился.

Встал в ступоре.

Чтобы через полминуты окончательно убедиться, что передо мной Сергей Александрович Филатов.

— Здравствуйте, Сергей Александрович! Это мой дом в лесах капитального ремонта… А вы что к нам пожаловали? По делам или на ипподром? — поприветствовал я Филатова.

Филатов ответил пожатием руки и коротким:

— Стригся…

Ближайшая приличная известная мне парикмахерская находилась в четверти часа ходьбы отсюда…

— А есть ли какие-то подвижки в нашем деле? — спросил я.

— Пока ничего определённого, — неопределённо покачал головой Сергей Александрович и продолжил движение в сторону Центрального московского ипподрома.

Не доходя которого, метрах в пятнадцати от нас, Филатова ждала жена, Галина Николаевна.

В его машине, стоявшей вблизи шлагбаума, закрывающего въезд в мой двор.

Особую пикантность ситуации придавало то обстоятельство, что филатовская машина стояла в запрещённом для автостоянки месте…

А справка для Горбенко (свод замечаний Департамента СМИ и наша по ним позиция) была такая:

Основанием для истребования Департаментом СМИ сумм субсидии являлось непредставление СПМ в установленный срок Итогового отчёта, точнее — неустранение выявленных претензий в представленном отчёте.

Претензия 1. Данные Приложения № 1 к Итоговому отчёту содержат неподтверждённую информацию о размере собственных (привлечённых) средств, направленных на финансирование затрат за счёт внебюджетных источников.

Наша позиция: Контроль Департамента СМИ за документами, подтверждающими затраты Союза писателей Москвы за счёт внебюджетных источников, не предусмотрен.

Претензия 2. Заявленные затраты по статье «Расходы на денежные подарки по договорам дарения» (Премия имени Чуковского) рассматриваются как документально не подтвержденные (не представлен договор с покойной Н. Матвеевой-Бодрой).

Наша позиция: премии, вручаемые лауреатам Премии Чуковского, не связаны с осуществлением получателем трудовой деятельности; они являются бескорыстно, безвозмездно и безвозвратно передаваемыми денежными средствами в общеполезных целях, на основании решений компетентного жюри. Все документы, подтверждающие выплату премии, были представлены в установленном порядке.

Претензия 3. Представленные Организацией оправдательные документы не подтверждают осуществленные затраты на оплату труда в пользу персонала (работников) Организации (выплаты должны быть только штатным сотрудникам Союза писателей, выплата субсидии направлена на создание дополнительных рабочих мест).

Наша позиция: Статья затрат «Расходы на оплату труда штатного и внештатного персонала» предусматривает выплаты не только штатным сотрудникам, но и иным лицам, не состоящим в штате Организации. Требования о создании в Союзе писателей Москвы «дополнительных рабочих мест» являются надуманными и неуместными.

Претензия 4. Заявленные Организацией к возмещению за счёт средств субсидии из бюджета города Москвы затраты по статье «Страховые взносы на обязательное страхование по выплатам физическим лицам, относящимся к субсидиарной деятельности» не подтверждены надлежащими оправдательными документами.

Наша позиция: Организацией представлены платёжные поручения, подтверждающие фактическую оплату страховых взносов. Проверяющие требовали дополнительно какие-то немыслимые документы: «ведомости, справки, расчёты, декларации».

Претензия 5. Электронный носитель Организации, представленный в Департамент совместно с Итоговым отчётом, сформирован с нарушением Правил формирования электронных копий документов, установленных Приложением № 4 к Договору.

Наша позиция: Нарушение условий формирования файлов Приложения 4 к Договору о предоставлении субсидии из бюджета города Москвы не является основанием для истребования полученной субсидии обратно в бюджет.

Претензия 6. Организация не представила в Департамент электронные копии регистров бухгалтерского учёта.

Наша позиция: Мотивированное требование о предоставлении регистров бухгалтерского учёта, Союз писателей Москвы от Департамента СМИ или иного органа власти не получал. Непредставление регистров бухгалтерского учёта согласно условиям Договора не является основанием для возврата субсидии.

Эта справка показалась Филатову недостаточно понятной, и наш безотказный юрист Саша — опять — оперативнейшим образом составил другую:

В декабре 2014 года Департамент средств массовой информации и рекламы города Москвы предоставил Союзу писателей Москвы субсидию в размере 716 400 руб. на покрытие затрат, связанных с проведением ежегодного Фестиваля детской литературы им. К. Чуковского с вручением одноименной премии.

Финансирование Правительством Москвы Фестиваля и Премии Чуковского осуществлялось в соответствии с распоряжением Правительства Москвы от 29.08.2007 № 1853-РП «О проведении мероприятий по пропаганде детской литературы и развитию интереса к чтению».

8 декабря 2014 года в Центральном доме литераторов прошла торжественная церемония закрытия VIII Московского фестиваля детской литературы имени Корнея Чуковского и вручение одноимённой Литературной премии. Проведение в установленные сроки общественно значимого мероприятия свидетельствует о том, что цели и условия предоставления субсидии по договору были полностью соблюдены.

Полученная субсидия была потрачена на выплату поэтессе Новелле Матвеевой-Бодрой литературной премии, уплату налога на доходы физических лиц оплату труда членам жюри и оргкомитета премии, оплату налогов и взносов с сумм оплаты труда.

Все необходимые документы были представлены в Департамент СМИ и рекламы.

Основанием для истребования Департаментом СМИ сумм субсидии являлось непредставление Союзом писателей Москвы в установленный срок Итогового отчёта, точнее — неустранение выявленных претензий в представленном отчёте. При этом Союз писателей дважды в 2015 году пытался сдать Итоговый отчёт, на что получал формальные претензии: не созданы дополнительные рабочие места, не представлены сведения о величине чистых активов, не представлены регистры бухгалтерского учёта по учёту затрат и обязательств, отчёт неправильно сброшюрован и т. д.

Союз писателей Москвы дважды направлял обращения на имя руководителя Департамента СМИ, в которых обращал внимание, что указанные «нарушения» носят формальный характер, не основаны на законе и не связаны с исполнением Договора. Полученная субсидия была использована в полном объёме исключительно на цели и задачи, предусмотренные Договором. Коммерческой деятельности Союз писателей не осуществляет, основные денежные поступления — это членские взносы самих же писателей, и в случае истребования задолженности в судебном порядке Союз рискует быть ликвидированным.

Разумного компромисса с руководством Департамента СМИ и рекламы СПМ найти не удалось, и в июне 2018 года Департамент обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением об истребовании в бюджет города Москвы выданной субсидии в сумме 716 400 руб. Несмотря на доводы Союза писателей Москвы (в частности, о пропуске срока исковой давности), суды первой и апелляционной инстанции по делу А40-138405/2018 удовлетворили заявленные требования.

В настоящее время Союз писателей Москвы не располагает средствами для возврата в бюджет города Москвы полученной и потраченной целевым образом субсидии. Соответственно, одна из старейших литературных организаций России в силу действий Правительства Москвы рискует стать банкротом.

Союз писателей Москвы планирует подачу Кассационной Жалобы в АС Московского округа. В качестве решения сложившейся ситуации может быть отказ Департамента СМИ и рекламы от заявленных требований в судебном заседании, или заключение Союзом и Департаментом мирового соглашения, по условиям которого будет подтверждено целевое использование субсидии и отказ Департамента СМИ от материальных требований.

А ещё до моей сюрреалистической встречи с Филатовым, в конце июня, почти сразу после отрицательного решения Окружного суда на поданную нами Апелляцию, захотел со мной встретиться лично первый секретарь СПМ Евгений Сидоров.

Я же встретиться с ним не мог.

Во-первых, по объективной причине: у меня в доме шёл (да и до сих пор идёт) капитальный ремонт — тогда обещали менять стояки в ванной.

А во-вторых, не хотел.

Не видя смысла встречаться с Евгением Юрьевичем один на один.

Без нашего бухгалтера.

Потому что начиная с 2015 года уже, к несчастью, привык к тому, что Евгений Юрьевич опять будет вешать всех собак на меня.

Причём вешать, по мне, абсолютно незаслуженно.

И — в очередной раз демонстративно не услышит моих аргументированных возражений.

А до кучи — и возражений бухгалтера СПМ Ольги Сорокиной.

От всяческих разговоров с которой по фестивальной отчётности он все эти годы старательно уворачивался.

Даже не попытавшись с Ольгой за это время поговорить ни единожды!

С ней, которая вроде как (согласно должности) отвечала за все отчётные бухгалтерские документы.

И — уж точно реальным образом могла ответить Евгению Юрьевичу на все его конкретно поставленные деловые вопросы.

Если бы он посчитал возможным её о чём-либо подобном спросить…

Кроме того, в своём электронном письме о необходимости нашей скорейшей личной встречи Сидоров ждал от меня предложений о том, как можно выйти из возникшей после второго судебного проигрыша ситуации с наименьшими потерями.

Дело в том, что проигрыш в Апелляционном суде означал, что Союзу писателей Москвы придётся оперативно вернуть в госбюджет 716 400 рублей субсидиальных денег, плюс компенсировать Департаменту СМИ и рекламы его расходы по госпошлине (8864 рубля), иначе в обозримые сроки начнётся процедура банкротства СПМ.

В общем, требовалось заплатить.

Со счёта Союза.

Но параллельно можно было подать и кассационную жалобу.

В Окружной Апелляционный суд.

И — в случае её успеха — получить назад эти деньги.

На тот же счёт…

Короче, я-таки придумал, что сделать безденежному СПМ.

В ответном электронном письме, где я ещё и отказывался от дневной встречи с Сидоровым один на один, предлагая взамен устроить вечернюю, «на троих», вместе с бухгалтером Ольгой Сорокиной…

А сделать безденежный СПМ в создавшейся ситуации могло вот что.

Взять необходимую сумму из ежегодных творческих писательских стипендий и субсидий, приходящих осенью на расчётный счёт СПМ.

Со счёта Министерства культуры РФ.

Предварительно объяснив людям полную невозможность решить задачу иным способом и попросив их безвозмездно помочь нашему нищему Союзу…

…В тот день, когда я не явился на предложенную Сидоровым встречу, он мне позвонил сам.

С мобильного телефона ответственного секретаря СПМ Ольги Головановой.

Из 25 комнаты дома на углу Большой Никитской и Скарятинского.

Где испокон базируется Союз писателей Москвы…

Начал телефонный разговор Евгений Юрьевич вальяжно, поинтересовавшись моим стояком.

Но мало-помалу перешёл к традиционным упрёкам.

Чередуя их с иронией и сарказмом, призванными меня уязвить.

С профессиональной точки зрения.

То как бы косвенно, а то и прямо: путём перехода на личности.

В смысле, на мою…

Периодически саркастическая ирония улыбчивого критика Сидорова переходила в громогласную гневливость…

Замешенную на хорошо скрываемой до поры подходящего (для её выражения) момента собственной мизантропической раздражительности…

Это на первый план вылезал внутренний сидоровский дракон.

Слегка поцарив, он опять уступал место улыбчивому иронисту-обличителю.

И на каком-то этапе этого почти монолога, в тот момент, когда в очередной раз вылез громогласный сидоровский дракон, я заорал ему в ответ.

Заорал, чтобы перекричать.

И — перекричал.

Смысл моего ора сводился к и тому, что давить я себя я не позволю, а если кто и виноват в том, что дело дошло до российского неправедного суда, то только он, Сидоров.

Своим вопиющим бездействием…

Увы — мой ор был не до конца виртуален.

Я до сих пор сожалею, что сидоровский дракон вывел меня на негативные эмоции и грубые модуляции…

Впрочем, распрощались мы с критиком Сидоровым почти вежливо.

В смысле псевдовежливо со стороны Евгения Юрьевича.

Он к тому времени окончательно задвинул вглубь внутреннего дракона и принялся пародировать-вышучивать мою, как ему виделось (и слышалось), показную нарочитую вежливость…

Состоялись в 2019-м и Костры Чуковского,

Хотя первого из них могло и не быть.

Дмитрий Дмитриевич Чуковский вдруг так решил.

Потому что решил провести свой.

Семейный.

Но к концу второй декады мая никак это сделать не успевал…

Поэтому традиционный Костёр Чуковского «Здравствуй, Лето!» по-прежнему провели мы.

А Дмитрий Дмитриевич провёл свой чуковский праздник семейного чтения через две недели после нашего Костра.

На территории того же мемориального Дома-музея Чуковского…

Меня на этот праздник пригласил Агапов.

Чтобы я всё увидел своими глазами.

И — познакомился с Дашей Бегловой, ответственной за организацию этого праздника…

А ещё до традиционного Костра Чуковского «Здравствуй, Лето!» Агапов в телефонном разговоре со мной обмолвился о самом факте существовании госпожи Бегловой.

Уточнив, что девушка отвечает за Сколково и окрестности.

Будучи кем-то вроде наместницы своего патрона Романа Аркадьевича Абрамовича, который вот уже почти полгода занимается проектом имиджевого изменения литературного Переделкина.

Его инфраструктуры в частности…

«Передел Переделкина!» — автоматически пришло мне в голову…

На традиционном Костре Чуковского тема имиждевого изменения литературного Переделкина и его инфраструктуры имела развитие.

Подошедшая туда с внуками поэтесса Марина Кудимова, главная по писательским поселковым хозяйственно-бытовым вопросам, уточнила в беседе со мной и Агаповым, что Абрамовичу поручили заниматься этой проблемой на самом верху.

Правда, вроде как не президент, а премьер…

И — Роману Аркадьевичу здесь, в Переделкине, очень нравится.

Особенно, территория бывшего Дома творчества писателей.

По которой он всякий раз норовит пройтись, приезжая сюда…

Но — к семейному читательскому празднику.

2 июня за час до официального начала мероприятия, я вошёл на другую территорию.

Территорию чуковского мемориального Дома-музея.

Агапов, сразу попавшийся навстречу, подвёл меня к Костровой площадке.

Где церемонно представил Даше.

Со всеми моими регалиями.

Я протянул ей визитку.

Она мне в ответ своей не предложила.

Но заверила, что обязательно ко мне обратится.

Чего до сих пор так и не произошло…

Впрочем, вернёмся во 2 июня 2019 года.

Вскорости вблизи Костровой площадки появился и правнук Корнея Ивановича Дмитрий Дмитриевич.

С которым мы обменялись поклонами, больше напоминавшими кивки…

Собственно, этим событием и ограничилась наша с ним вторая встреча.

На данный момент — последняя…

Ещё пару-тройку часов покрутился я на знакомой территории, наблюдая за неспешным развитием событий.

А также за прибывающими Чуковскими.

Представлявшими различные семейные ответвления.

Всех Чуковских я в результате не дождался, отправившись домой, но потом очевидцы мне рассказывали, что носителей титульной фамилии в тот день на территории Дома-музея было человек двадцать…

До позднего вечера.

Ведь программа праздника семейного чтения подразумевала проведение сменяющих друг друга мероприятий почти до самой ночи…

При этом народного скопления явно не наблюдалось…

А вот слухи о новом жизненном витке премии имени Чуковского просачивались косяками.

И, похоже, являлись не только слухами…

Очень от многих слышал я в течение года, что решение о том, что ей быть принято окончательно.

И — бесповоротно.

Под эгидой Департамента культуры.

И — под управлением Дирекции культурных центров.

Где вроде бы теперь управляли уже совсем другие люди.

Заправляли.

И — о согласии участвовать во всём этом Андрея Алексеевича Усачёва и Дмитрия Дмитриевича Чуковского тоже активно перешёптывались разные люди вокруг.

И — про деньги немеряные для детлита, которые на премию имени Чуковского скоро выделятся, опять же усиленно говорили…

А я тем временем фоново занимался попытками притянуть деньги и место к фестивалю и премии имени Успенского.

И — место, так выходило, притянул.

Ещё один мой товарищ по утреннему фитнес-центру Андрей Бунов, которому я помог написать и издать его автобиографическую книгу, вывел меня на мэра Троицка Владимира Дудочкина, и с Владимиром мы устно договорились о первом фестивале Успенского в Троицке.

Официальная бумага из Троицка, подтвердившая нашу договорённость, не заставила себя долго ждать.

ГЛАВА

ГОРОДСКОГО ОКРУГА ТРОИЦК В ГОРОДЕ МОСКВЕ

25062019 № 2839/03-51

Президенту Фонда поддержки творчества разножанровых детских авторов «РАДА»

Белорусцу С. М.

Уважаемый Сергей Маркович!

В ответ на Ваше обращение № ЛП-23/03-51 от 03.06.2019 г. по вопросу поддержки инициативы фонда «РАДА» о проведении мероприятий Международного фестиваля имени Эдуарда Успенского в городском округе Троицк могу сообщить следующее:

Директора учреждений культуры проинформированы о предполагаемых мероприятиях, и проведение Фестиваля имени Эдуарда Успенского будет включено в план культурно-массовых мероприятий отдела культуры администрации городского округа Троицк на 2020 год. Также будет рассмотрена возможность проведения других мероприятий, посвящённых Эдуарду Успенскому в городском музее Троицка и троицких городских библиотеках.

С уважением В. Е. Дудочкин

Тем же летом мой старый приятель Сергей Тихонов познакомил меня с Дмитрием Бархатовым и Василием Частотиным — руководителями культурно-спортивной структуры «Стремление», тоже заинтересовавшимися Фестивалем Успенского и устно продекларировавшими желание его в перспективе поддержать.

На разных уровнях…

А сентябрём состоялся наш традиционный переделкинский Костёр Чуковского «Прощай, Лето!».

Очень похоже, что наш последний Костёр Чукфеста.

Хотя никто из нас тогда вслух не произнёс:

— Прощай, Чукфест!..

Осенним

Воскресеньем!..

8 сентября чудесным, ещё по-настоящему летним днём, на территории мемориального Дома-музея Корнея Чуковского состоялся традиционный Костёр Чуковского «Прощай, Лето!»

Он загорелся в традиционное время — ровно в полдень.

Переделкинский Костёр зажигали известные современные отечественные детские писатели и лица, имеющие самое прямое отношение к нынешнему российскому детлиту, — лауреаты Премии имени Корнея Чуковского разных лет поэты Марина Бородицкая, Сергей Белорусец, Тим Собакин, Игорь Жуков, поэты и прозаики, регулярные участники Чукфеста Наталия Волкова, Елена Ярышевская, Дина Бурачевская, Сания Шавалиева, главный библиотекарь Центральной детской библиотеки имени Аркадия Гайдара Татьяна Рудишина, критик детской литературы Ксения Молдавская, заведующий отделом Государственного музея истории российской литературы (мемориальный Дом-музей К. Ч.) лауреат премии имени Корнея Чуковского Сергей Агапов, сотрудники Дома-музея литературный критик Павел Крючков и Владимир Спектор. А также — детский композитор Сергей Светлов, вокалистка Елена Егорина и костюмированный вокальный дуэт «Маэстро» в составе Лизы Катковской и Стаси Кучиновой.

А разогревом многочисленной разновозрастной детско-взрослой аудитории и прочими интерактивными подвижными играми с благодарными зрителями занимались семейно-молодёжный театр «Игра» и Студия юного актёра.

В более чем полуторачасовой литературно-музыкальной концертной программе, которую вёл президент Фонда поддержки творчества РАзножанровых Детских Авторов «РАДА» Сергей Белорусец, выступили почти все из вышеупомянутых.

Ближе к концу красочного Чукфест-шоу подтянулся и писатель Станислав Востоков — давнишний большой друг переделкинского Дома-музея Всесоюзного и Всероссийского дедушки!..

Мероприятие прошло при информационной поддержке общественно-политической газеты «Труд» и еженедельника «Книжное обозрение».

2020, чуть раньше и несколько позже, или Вместо эпилога…

А на исходе 2019-го на планету пришла пандемия коронавируса.

По крайней мере, получила здесь такое название…

Впрочем, до марта ещё сохранялась надежда, что какие-то нами намеченные мероприятия состоятся.

Однако мало-помалу стало ясно, что все они слетят.

Неминуемо.

Одно за одним.

И — презентация Фестиваля Успенского в главном здании Государственного литературного музея истории российской литературы имени Владимира Даля 26 марта, и — презентация его же на фестивале «Покровский собор» в Гостином дворе 11 апреля, и — читательский праздник «День рожденья Дедушки Корнея» 12 апреля в ЦДЛ, и — первый Фестиваль имени Эдуарда Успенского в Троицке, 24 мая…

Так оно и вышло.

Впрочем, на фоне пандемии, по весне, почти стадно, с интервалом в пару недель, заявили о своём возникновении и существовании две новые детлитовские премии.

Премия имени Корнея Чуковского.

И — премия имени Эдуарда Успенского.

Премия имени Эдуарда Успенского, а вернее «Премия Большая Сказка» имени Эдуарда Успенского, была образована совместными стараниями РГДБ — Российской государственной детской библиотеки и детского писателя Андрея Усачёва.

Столичная РГДБ давно хотела организовать свою большую премию в области детской литературы.

А Андрей Усачёв, заручившись согласием вдовы Эдуарда Николаевича Елены, предложил РГДБ имя Успенского в названии этой премии.

Причём совместный проект, первое упоминание о котором было обнародовано на сайте РГДБ в начале мая 2020 года, возник очень быстро.

Когда в конце января я разговаривал с Еленой Успенской по телефону, его, этого проекта, ещё не было.

Вернее, была абстрактная идея о премии имени Успенского, высказанная вдове незадолго до описываемых мной событий Андреем Усачёвым и получившая её принципиальное одобрение.

Знаю без ошибки, ибо в том числе об этом разговаривали мы тогдашним январём по телефону с вдовой Эдуарда Николаевича.

Хотя основной темой нашего разговора была озвученная мной ещё почти полтора года назад инициатива Фонда «РАДА» об учреждении международной литературной премии имени Эдуарда Успенского и организации одноимённого фестиваля.

Плюс к тому я подробно рассказал Елене о планируемых проведении первого Международного фестиваля имени Эдуарда Успенского в Троицке и презентации этого фестиваля вместе с одноимённой премией в Государственном литературном музее истории российской литературы имени Владимира Даля.

Заодно я выслал Елене по электронной почте все мои наработки по этой инициативе.

И — другие предложения по увековечению памяти Э. Н. на территории Троицка.

Которые до неё благополучно дошли.

О чём свидетельствовало её ответное электронное письмо…

А кроме электронного письма, устное телефонное добро от Лены как наследницы Эдуарда Николаевича на осуществление проекта Фонда «РАДА» о целом комплексе мер и предложений по увековечению памяти Эдуарда Успенского в Троицке было мной получено…

Впрочем, с Еленой я в своей жизни общался довольно мало.

Всего один раз виделся лично, когда мы с Ольгой Радзивилл приезжали к Эдуарду Николаевичу в Троицк за одиннадцать месяцев до его кончины.

Пару раз (в течение одного дня) беседовал по телефону.

И — в тот же день контактировал посредством электронной почты.

Будучи знакомым с Леной как с четвёртой женой Успенского и его вдовой….

Андрей же Усачёв был знаком с Еленой ещё с тех времён, когда она являлась второй женой Успенского…

Теперь — о новой премии Чуковского.

Которая в первоначальных информациях о ней пандемийного 2020 года по-прежнему называлась литературной премией имени Чуковского.

То есть именовалась ровно так же, как та, которая официально возникла 26 августа 2007-го…

Но всё-таки новые устроители и очередные учредители реформированной премии Чуковского, в конце концов, сообразили, что название лучше слегка видоизменить….

И — с недавних пор в некоторых СМИ называют её первым литературным конкурсом имени Корнея Чуковского.

Хотя официально нынешнее название звучит так:

«Премия Правительства Москвы имени Корнея Чуковского».

А лужковское распоряжение об организации ежегодного фестиваля детской литературы имени Корнея Чуковского отменено.

Упразднено.

Мэрским распоряжением Сергея Собянина от 24 апреля 2020 года.

Одновременно с учреждением новой чуковской премии.

Рулят которой теперь успешный детский поэт Андрей Алексеевич Усачёв и родной правнук Корнея Ивановича Дмитрий Дмитриевич Чуковский.

Успешный бизнесмен…

Да, имеем новую премию Чуковского.

С восемью богатыми (для детской литературы) номинациями.

По миллиону российских рублей — каждая…

А что мне ещё осталось вспомнить о старой премии Чуковского?

На неё не надо было подавать изданные автором произведения или рукописи.

Компетентное жюри само отслеживало ситуацию.

По-моему, об этой её особенности я до сих пор так и не обмолвился…

Ну и, пожалуй, дополню рассказанную мной историю возникновения, выживания и умирания Чукфеста несколькими бесфамильными околопремиальными случаями…

Помню бурную, всё испепеляющую на своём пути, реакцию одного будущего лауреата, когда премия досталась не ему.

Его черёд пришёл лишь год спустя…

Помню, как другой будущий лауреат многократно названивал мне по телефону глубокой ночью.

В чудовищно нетрезвом виде.

Пытаясь заручиться моей поддержкой в деле получения премии.

Сначала собственной, а потом и собственного приятеля.

И — он же — в чуть более адекватном виде — лез на сцену Большого зала ЦДЛ.

Дабы поздравить с премией Чуковского нового лауреата.

А я его, туда лезущего — как мог — сдерживал…

В течение четверти часа.

Но после долгих и безуспешных наших препирательств за кулисами вынужден был отправить всё-таки в нокдаун.

Оказавшийся нокаутом…

Впрочем, и он, и его протеже премию Чуковского со временем получили.

От меня это практически не зависело.

По причине моего совещательного голоса…

Помню ещё один лауреат раза три благодарно сводил меня в ресторан.

Но потом очень обиделся.

На меня же.

Когда детское жюри вручило мне свою чуковскую премию. «Золотой Крокодил».

А ещё один — сунул мне подарочную бутылку коньяка, которую я преспокойненько взял…

Было раз и такое: предложил мне довольно известный автор, впрочем, нашей премии в результате абсолютно справедливо не удостоившийся, «накрыть поляну» взамен на оплаченное им лауреатство…

И — о том, что так и осталось несделанным.

Неосуществлённым.

В рамках старой премии Чуковского.

Её лауреатами мы не смогли сделать Ренату Муху, Марка Вейцмана, Елену Липатову, Петра Драйшлица…

Не было у нас такой технической возможности…

И — никто из членов жюри так ни разу и не предложил в лауреаты кандидатуру талантливейшей Анны Русс, по моему мнению, премии абсолютно достойной….

Были и другие достойные кандидаты, кого наградить мы тоже не успели.

По мне, их, этих детских поэтов, было совсем немного: Дина Бурачевская, Елена Ярышевская, Анна Игнатова— лауреат второго сезона новой чуковской премии, Наталия Волкова, Алексей Зайцев — получивший лауреатство в первом сезоне одноимённой новой премии, Алексей Ерошин…

С определёнными оговорками — может быть, ещё пара-тройка имён и фамилий…

Шоу маст Бибигон!..

Этот слоган придумал я.

Специально для Фестиваля детской литературы имени Корнея Чуковского.

Ну и — для одноимённой литературной премии.

Бывшей одной из его программ…

Теперь прошлой премии имени Чуковского нет.

Есть только память о ней.

Предтечи того, что нынче получило название Литературный конкурс имени Корнея Чуковского.

Сиречь премия Правительства Москвы имени Корнея Чуковского…

Мне же остаётся только надеется, что люди, которым достался этот конкурс в наследство, сумеют справиться с возложенными на себя обязанностями.

Несмотря на то, что их (этих людей) теперь много, а нас тогда было мало…

И — о двух звонках.

Как обещал.

В мае 2020-го мне позвонили из новой премии Чуковского.

Молодой голос, представившийся Алёной, с ходу предложил мне закрыть чукфестовский сайт.

— С чего бы? — поинтересовался я.

— Он вводит людей в заблуждение. Они идут на него, а не на наш! — объяснила мне Алёна.

Естественно, сайт я не закрыл.

Оставил.

На всеобщее людское обозрение.

Тем более что никого в заблуждение он не вводит.

Напротив, правдиво рассказывает об истории фестиваля и премии Чуковского.

А недели через три последовал звонок № 2.

Из той же обновлённой премии.

На сей раз звонившего я знал.

Точнее, раз-другой с ним пересекался.

На совещаниях о реформировании премии Чуковского.

В помещении дирекции культурных центров.

Олёг Жадёнов занимался тогда концепцией обновления премии.

Всеми силами стремясь к тому, чтобы как можно скорее возник отдельный сайт премии (вместо нашего фестивального).

А заодно — быстренько видоизменился весь фирменный стиль…

Сейчас же Олег Жадёнов хотел того же, что и его подчинённая Алёна.

Чтобы я убрал из Интернета наш сайт www.chukfest.ru.

Хотя и предлагал взамен компромисс.

Только вот какой — так и осталось неизвестным…

Фестиваль Чуковского я никогда не рассматривал как дело жизни.

Я просто его делал.

Хотя почти всегда делать его — было делом сложным.

Зачастую, почти непосильным…

Потребовавшим от меня длительного выхода за границу зоны комфорта.

Естественно, если бы я знал чёртову дюжину лет назад на что я иду, я бы на это дело не пошёл.

Но — я тогда не знал…

И — слава богу!

Ведь что-то путное получиться у меня могло лишь потому, что я не был обременён знанием бесправных законов того мира, в который меня угораздило попасть.

Отрабатывая мою личную историю.

Путь мой, пусть и не оказался столь же триумфальным, являл собой, по сути, путь Бильбо Бэггинса.

Пусть даже лишь отчасти.

Не дело жизни…

Именно так.

Пусть даже растянувшееся на чёртову дюжину лет.

Хотя, может, ещё длящееся.

Продолжающееся….

А какую роль сыграл я в этом деле, решать не мне.

Это решит жизнь.

И — время.

Не Арбитражный суд.

И — не Апелляционный.

Право слово…

fon.jpg