top of page

Отдел поэзии

Freckes
Freckes

Владимир Спектор

Перекрёсток зимы и лета

Стихотворения

* * *


Перекрёсток зимы и лета —

То зелёный, то жёлтый свет.

Осень ищет свои ответы

В семафоре, меж «да» и «нет».


Осень знает — прощанья кратки,

Да и встречам отмерен счёт.

Прошлогоднему снегу на пятки

Наступая, вновь снег идёт.



* * *


Вечерний город в сквозном тумане,

И память улиц сквозит во мне.

Как осень, прячу каштан в кармане,

Каштаны гаснут — привет весне.


Каштаны мёрзнут, я вместе с ними,

Во встречных окнах зажглись огни…

Бульвары кажутся мне цветными,

И, словно листья, кружатся дни.



* * *


Сквозняк вопросов, вакуум ответов…

«Зачем?», «Откуда?», «Почему?»

Как паутина, бабье лето

Летит, и холодно ему.


В особенности вечерами,

В особенности в звездопад.

Вопросы вечные: «Что с нами?»

Ответы — только наугад.



* * *


Кленовых вертолётиков полёт,

Потом — паренье листьев под дождём.

И осень полушёпотом поёт,

Как мы на разных улицах поём,

Встречаясь и прощаясь, находя

Забытый голос и случайный взгляд…

Под искрами кленового дождя,

Идя вперёд и падая назад.



* * *


Сквозь запотевшее стекло

Неочевидны очертанья

Лиц или улиц, лишь мечтанья

И ощущенье — «повезло»

Конкретны, как осенний дождь,

Как радость встречи, боль потери…

И в то, что рядом ты идёшь,

Я тоже — верю и не верю.



День города


Я не знаю, обрадуешься или нет…

Видишь, стали другими и ты, и я.

И хотя между нами не тысяча лет,

Между нами потерянные друзья.


Свет от звёзд, что не тает сквозь годы-века,

Прилетает, но виден, увы, не всем

А мечта, что легка и, как свет, далека,

Всё летит по пути в родной Вифлеем.


Так и я улетаю с мечтою туда,

Где акации помнят влюблённый взгляд.

Где друзья ещё вместе и где, как звезда,

Озаряет судьбу дорога назад.



* * *


Этот город, как «пятёрка» в дневнике,

Что остался только в памяти моей.

Он, как звёздочка в далёком далеке,

И чем дальше, тем становится видней


Свет сиреневый, задумчивый слегка,

Тень трубы в индустриальных небесах…

Это память, что близка и далека,

Словно время на потерянных часах.



* * *


Мечтать не вредно. И я мечтаю,

И песню слышу — совсем простая,

И время тоже почти простое,

Где Дом со Шпилем не дальше Трои,


Где память шепчет: «Всё было классно…»

Мечтать не вредно. И не напрасно

Пытаюсь в мыслях летать по краю,

Родную песню не забывая…



* * *


Возвращаются забытые слова,

Проявляются надежды и улыбки,

Осень словно новая глава,

Где краснеют розы, как ошибки.


Хочется найти, поднять, сберечь,

Избежать сомнений ненапрасных,

И не искривить прямую речь,

И Луганск нарисовать как праздник.



* * *


В городе фонтанов

жил рабочий люд.

Вроде ничего не изменилось.

Только вот характер

Стал у жизни крут.

И фонтаны плакать разучились.

В небе проплывают

Те же облака.

Равнодушно смотрит в реку ива.

Кажется, вот-вот

Зажмуришься слегка —

И опять, как в детстве, всё красиво.

Только всё, что было, —

Не вернуть назад.

Жизнь идёт, как поезд без стоп-крана.

Кто ты мне —

Товарищ, волк иль брат,

Город, что забыл свои фонтаны.



* * *


Давай не думать о плохом,

Страницы дней листая.

Пусть даже, словно птица, в дом

Влетает весть лихая.


И день пройдёт, и ночь пройдёт,

И вместо утешенья

Судьбы продолжится полёт

Сквозь память и прощенье.



* * *


Давление вновь растёт.

Всё это — антициклон.

Мне кажется — я пилот,

И город, в который влюблён,


Даёт мне зелёный свет,

И я поднимаюсь ввысь,

Где рядом — лишь тень побед,

А прямо по курсу — жизнь.



* * *


Где-то на окраине тревог,

Где живут бегущие по кругу,

Вечность перепутала порог,

И в глаза взглянули мы друг другу.


Чёрствые сухарики мечты

Подарила, обернувшись ветром

В мареве тревожной маеты,

Где окраина так схожа с центром.



* * *


Детство пахнет

цветами — майорами,

Что росли на соседнем дворе.

И вишнёвым вареньем, которое

Розовело в саду на костре.

Детство пахнет листвою осеннею,

Что под ветром взлетает, шурша…

Что ж так больно глазам?

На мгновение

Запах детства узнала душа.



* * *


Бурьян пророс из детства моего.

Я не узнал его.

Он посерел от пыли.

Качаясь скорбно на ветру,

Он шелестит. И шепчет мне:

«Мы были.

И ты играл со мной

В военную игру…»


«И с другом! —

Я кричу ему. —

И с другом!»

И смотрит дочка на бурьян

С испугом.

А он пророс из детства моего.



* * *


И бабка, что курила «Беломор»,

И та, что рядом с нею восседала,

Покинули, покинули наш двор.

И на скамейке пусто стало.


И только девочка трёх лет

Зовёт беспечно: «Баба Сима!..»

Да белый свет. Да синий цвет,

Да жёлтый лист, летящий мимо.



* * *


Хрупкое равенство дня и меня,

И времени горький осадок.

А за спиною — всё та же возня,

Где вкус равнодушия — сладок.


Дней оголтелость упрячу в карман,

Тёплой ладонью согрею…

Тают обиды, и гаснет обман.

И даже враги — добрее.



* * *


Небо сменило кожу, деревья меняют краску.

Это — не новый имидж, это — возврат к судьбе.

Значит, почти что прожит этот подарок царский.

Снова небесный Китеж птиц призовёт к себе.


Дождь превратив в чернила, раскрашивая неярко

Дни, и траву, и листья, осень дарует час.

Час для любви и света, посланье с небесной маркой,

Где листья как поцелуи, и всё — как в последний раз.



* * *


Увидь меня летящим, но только не в аду.

Увидь меня летящим в том городском саду,

Где нету карусели, где только тьма и свет…

Увидь меня летящим

Там, где полётов нет.

fon.jpg