top of page

Сахарная пудра

Freckes
Freckes

Глеб Сахаров

Сатироническое

Милли-друзья

Вельможе


Всё ваше окруженье — сплошь

Милли -онеры и -ардеры.

(Не буду приводить примеры.)

А я? Чем я-то не хорош?!

И я мечтаю, а нельзя

Ли мне набиться к вам в друзья?

Я буду верным (весь к услугам!)

Единомышленником, другом.

…Откуда бабки? Накопили

Ещё до дружбы с вами? Или…

Тогда позволите вопрос ли:

До или после?



Дискуссия


— Ты сталинист!

— Ты либерал!

Удар, фингал,

И вот финал:

Для завершенья спора философского

Их привезли в больницу Склифософского.



О добродетелях


Жить в благонравии,

скромно и нравственно —

телу во здравие

и чувству приятственно,

Душеспасительно

Да и пользительно!

Ныне же, вроде,

сии добродетели

что-то не в моде,

если заметили.



Прожить жизнь не зря…


1

Что надо, чтобы жить не зря?

И вкусно, и помногу жря!


2

Но чтобы жизнь прожить не зря,

Достаточно прожить, не вря!

(И никому в карман не сря.)


3

Хотите жизнь прожить не зря?

Живите, никого не зля!


4

Жизнь профукаете зря,

Её со стороны лишь зря.



От Козьмы Пруткова


— Вы любите ли дам? — спросили раз ханжу.

Любил бы, но …обременять их не хочу.



Счастливчики


Живут же на земле счастливчики,

Снимающие с жизни сливочки!

И среди них ваш муж — счастливчик,

Который с вас снимает лифчик.



Автоподарки


Бывает, подарки себе я дарю,

На перспективу. Здесь я не скромен:

На женщину зорко порой посмотрю,

Как будущий пылкий любовник.



Правила хорошего тона


Не бросай на женщину жадный взгляд,

Не оглядывайся, сдержан будь.

И вообще, не смотри назад,

А смотри на грудь.



Признание


Банда олигархов раскололась,

Признательный раздался голос:

— Ну да, бывало, что мы грабили,

Но честно, обеспечив алиби!



Хамелеон


Когда я был в чести и славе

И был лелеем и холим,

Приятелем своим

Я был хвалим.

Вот подхалим!

Когда ж я всеми стал хулим,

И все в меня плевали,

Хамил и он,

Хамелион!

Так пусть его сухотка поразит,

Паразит!



К вопросу о женском непостоянстве


Ваш бывший друг, а ныне брошенный

(Ах, поступить со мной так низко!),

Теперь гадаю, огорошенный:

— Так вас вычёркивать из списка?!



Спасение


Спасусь во сне,

Так сладко спится!

И это правильней, чем спиться.



Упрёк кавалеру

…Ну и гад же ты,

На уме только гаджеты!



Впадаю в детство


…Я с внуками впадаю в детство:

Вторая молодость и третье дедство!


Тост


Я столько лет пил за удачу,

А толку — от обиды плачу.

Но выход прост:

Теперь мой тост —

За неудачу!



А я живу…


А я живу, живу, живу…

Или всё это — дежавю?

Ну а до смерти доживу?

А вдруг её и вправду нет?

Ну нет её уж сколько лет!

Ну нет, так нет. Придётся жить

И жизнь свою всё длить и длить…



Спасибо!


Я многого у Бога не прошу,

Ведь жизнь и так нам в дар даётся.

Спасибо воздуху — ещё дышу,

Спасибо сердцу — пока бьётся.

И лишь Ему шепчу на ушко:

— Мать мою храни, старушку…



Формула любви


Любовь… Я то в раю, а то в аду!

И постоянно жажду-жду-жду-жду…



Мудрость


Что не весёлый, дед? Не кисни!

Ты стар, но мудр, так наставляй юнца.

Скажи мне, что ты понял в жизни?

— Да ничего… И то не до конца!



Молодожёнам — от Скалозуба


Огнём любви пылает пара,

И нет прекраснее пожара!

Каков жених! Невеста — загляденье:

«Пожар способствовал ей много к украшенью!»



Мелочи


Да не морочьте вы мне голову —

Я верю только факту голому!


Вся жизнь — добыча денег.

А мир — текущий ценник.



Давайте нравиться друг другу

Давайте говорить друг другу комплименты.

Б. Окуджава.


Давайте нравиться друг другу

Не за успех, чины, посты,

Не за какую-то услугу

(заслугу),

А от душевной теплоты.

(простоты,

широты,

доброты).


Умейте нравиться друг другу

И не за что, а вопреки.

Старайтесь, наберитесь духу, —

И всё получится-таки!


Искать и узнавать свои

В других грехи, подвохи, слабости

Или найти источник радости! —

Неужто мало для любви?


И так понравимся друг другу!

Преодолев в умах разруху

(совет для всякого —

от М. Булгакова),

Как однопланетяне,

Да по-соседски, — как земляне!..

Как современники,

Как соплеменники, —

Мечта, людская солидарность,

Надежда, вера, благодарность!

…Так,все понравились друг другу?

Как будто все. Прекрасно.

Руку!



Цветы жизни


Вот идеал — мир счастья и покоя:

Всё сущее, живое

Поделены примерно пополам

По полам,

Пыльца цветов

По весям, по полям,

Послушная воздушным струям,

Летит во все концы…

А матери и отцы

Общаются воздушным поцелуем

При помощи пыльцы,

Преодолев телесную греховность —

И обретя небесную духовность.

И в дар — цветы счастливой жизни.

А далее… слова излишни…



Без названия


Что мне делать с этой особой?

Ушла и унесла с собой

Неповторимый, особый

Мир внутренний свой.


Глаз прохладную синеву

(Ну, это переживу…),

Волос краснорыжую медь

(И это можно стерпеть …).


Но главное, с нею ушла

В обтяжку, в застёжках

То маняще мила,

То призывно смела

Или дерзко кругла,

То вертляво пошла,

А порой и нагла

И почти что гола —

Попка на ножках,

Попка на ножках!


А без неё на душе тоска …

Как же теперь её отыскать,

Когда беспрерывно, там и тут

Крутятся и снуют,

Стучат каблучками,

В туфлях, сапожках, —

Попки на ножках,

Попки на ножках!



Трудный возраст

В трёх частях


Часть 1.

Я даме с поклоном букет преподнёс,

В поклоне застыв, как нелепый вопрос:

Любимая поза остехондроза,

И больно до слёз!..


Часть 2.

Стою, уткнувши в розы нос…

И мне напомнил запах роз…

Но что?.. Ну, это самое… Склероз!


Часть 3.

Но вот настал удачи миг,

Ты юноша сейчас, а не старик,

Когда любовь доказывают делом,

То есть телом!

Но что это?!. Она мне не простит…

Проклятый простатит!



Это всё Пушкин


Это ведь Пушкин впервые отметил,

Это же Пушкин открыл нам глаза:

Мудро ответил отец-благодетель:

Тройка козырная кроет туза!


Это ведь Пушкин первым заметил,

Женщин знаток лучше всяких судей,

Предупредил нас, блюдя добродетель,

И показал, как бесстрашный свидетель:

Под фартуком скрыта приманка людей!


Был он курчавым, крутым, синеглазым.

Бросил он в массы великий призыв:

«Поднимем стаканы, содвинем их разом!» —

Душу народную в нём отразив.


Учит он мыслить свободней, смелее,

Тут же решая возникший вопрос:

Скажем, смиренница тёлки милее,

А лица девичьи — ярче роз!


Вот вдоль Невы на салазках он мчится

Или гуляет с учёным котом.

С ним Шимаханская рядом царица,

А грустный товарищ махает крылом.


У Пугачёва с графиней разборка,

Скачет Мазепа на медном коне,

Образ Татьяны, поднявшись с пригорка,

Парит неподвижно со мной наравне …


…Кто-то же должен утешить нас, грешных,

Кто нас в беде обнадёжит, спасёт?

Кто это сделает? — Пушкин? Конечно!

Спас же… Наину… Руслан.


Ну и всё!



Послание пиитам


Писателям, особенно поэтам,

(с амбициями, по всем приметам)

в старости отчаянно нечего делать

не писать же всю жизньстихи

до состояния полнойтрухи,

надо как-то кормить свою челядь!

И пишут, сгорая от стыда[1].

(То есть

у кого-то есть ещё совесть.)

Или преодолевая стыд, —

пиит, он до смерти пиит.

Выход один: учить других:

— «Пусть на меня поработает стих!»


…И вот — поэтов тьмы, стада,

жаждущих славы, успехов, признания

до потери сознания;

писательские посёлки, городки, города

союзы, отделения, секции,

семинары, мастер-классы, лекции;

фестивали, конкурсы, премии,

всё охватить не хватит времени,

торжества, юбилеи, трубы, литавры,

награды, дипломы и прочие лавры.

Поэты повсюду, шагают колоннами,

полчищами миллионными,

замыкают — литературные резервы[2],

но здесь любой — лучший, первый.

Их норов крут, натиск неистов,

Их больше гораздо, чем даже артистов.

Скажу, никакого секрета не выдав:

нас окружают толпы пиитов.

К общему сведению, справки для:

спрос на стихи упал до нуля.

…Вдруг из детства крик попугая: «Пиастры![3],

строчка: «Я пью за военные астры!..»[4]

…Кажется, что-то в мире стряслось,

может, сместилась земная ось?..

Так вот что такое поэзия — бездна!

Пытаться её разгадать бесполезно…

Я пью за Поэта и за Поэзию,

а всем другим — соболезную.

…И пусть читатель меня простит,

сам я, как видите, тоже пиит…

Но вот вопрос (кстати, не кстати ли), —

А где они, читатели?

Вряд ли найдутся! Меня не осудят,

Поскольку читателей нет и не будет.


Примечания

[1] А Межиров: «…До тридцати поэтом быть почётно / и срам кромешный после тридцати…»

[2] Термин взят из «Литературной газеты».

[3] Р. Стивенсон. «Остров сокровищ».

[4] О. Мандельштам.

fon.jpg