Букинист

Freckes
Freckes

Владимир Спектор

От счастья своего не убежишь. Но его ещё догнать надо

fon.jpg

 От счастья сво­е­го не убе­жишь. Но его ещё до­гнать на­до…

Ли­дия Гри­горь­е­ва «Тер­мит­ник». Ро­ман в штри­хах. Санкт-Пе­тер­бург: «Але­тейя», 2020. 168 с. Г 834 ISBN 978-5-00165-164-2

Боль­шинст­во чи­та­те­лей из ев­ро­пей­ских стран вряд ли стал­ки­ва­лись на сво­ём пу­ти в тер­мит­ни­ка­ми и их оби­та­те­ля­ми — тер­ми­та­ми. А ведь су­ет­ли­во-оза­бо­чен­ное су­щест­во­ва­ние этих ма­лень­ких на­се­ко­мых, вы­би­ра­ю­щих для се­бя бо­лее жар­кий кли­мат, в ка­кой-то ме­ре на­по­ми­на­ет че­ло­ве­чес­кую жизнь. Сре­ди них есть ко­ро­ли и ко­ро­ле­вы, сол­да­ты и ра­бо­тя­ги, и да­же лю­бов­ни­ки. Да и со­ору­же­ния, ко­то­рые они воз­во­дят из пес­ка, гли­ны, де­ре­вян­ных ще­пок и опи­лок (кста­ти, без вся­ких чер­те­жей и схем) по сво­им функ­ци­о­наль­ным ха­рак­те­рис­ти­кам на­по­ми­на­ют мно­го­э­таж­ные до­ма с жи­лы­ми квар­ти­ра­ми и мас­сой под­соб­ных по­ме­ще­ний. И вез­де жизнь дви­жет­ся по сво­им та­инст­вен­ным ка­но­нам, не да­вая от­ве­та на глав­ные во­про­сы: «За­чем и по­че­му? Как и ку­да?.." Впро­чем, тер­ми­ты об этом и не за­ду­мы­ва­ют­ся. А лю­дям, жи­ву­щим в ми­ро­вом тер­мит­ни­ке, с ко­то­рым мож­но срав­нить на­шу Зем­лю, это свойст­вен­но. Они ду­ма­ют, на­блю­да­ют, пы­та­ясь по­нять, если не окру­жа­ю­щий мир, то хо­тя бы се­бя. Хо­тя бы не­мно­го…

За­чем всё это про­ис­хо­дит?
Ку­да не­сет­ся мрак и свет,
Клу­бок не­сыг­ран­ных ме­ло­дий.
И не­от­пля­сан­ных по­бед?..

За­чем, ку­да — и нет от­ве­та.
В от­ве­те — каж­дый за се­бя.
Хоть мно­го звёзд, но ма­ло све­та…
И свет лас­ка­ет, не лю­бя.

Лю­бя — здесь клю­че­вое сло­во. Ведь при всём сходст­ве об­щест­вен­но-по­лез­ной (или бес­по­лез­ной) жиз­ни муд­рых на­се­ко­мых и по­рой за­бы­ва­ю­щих о муд­рос­ти, но всё же мыс­ля­щих лю­дей, глав­ное от­ли­чие — в спо­соб­нос­ти не толь­ко ду­мать, но лю­бить и со­стра­дать. Лю­бить и со­чувст­во­вать. И при этом — не­на­ви­деть и зло­радст­во­вать, за­ви­до­вать и де­лать под­лос­ти… Всё это — жизнь, наш тер­мит­ник, не за­ми­ра­ю­щий ни на мгно­ве­ние, в ко­то­ром добро и зло ни­как не ре­шат, кто же по­беж­да­ет в борь­бе за свет­лое или тём­ное бу­ду­щее на­шей ог­ром­ной и та­кой ма­лень­кой пла­не­ты, гро­ма­да ко­то­рой ле­тит в без­воз­душ­ном прост­ранст­ве, уме­ща­ясь в ды­ха­нии и серд­це каж­до­го из нас. А так­же иног­да от­ра­жа­ясь в хо­ро­ших кни­гах. Од­ну из ко­то­рых из­вест­ная пи­са­тель­ни­ца Ли­дия Гри­горь­е­ва так и на­зва­ла «Тер­мит­ник. Ро­ман в штри­хах». По­че­му «Тер­мит­ник»? На­вер­ное, по­то­му, что ро­ман очень гус­то на­се­лён ге­ро­я­ми, судь­бы ко­то­рых пе­ре­се­ка­ют­ся как ис­кус­но и при­хот­ли­во сде­лан­ные пе­ре­хо­ды в тер­мит­ни­ках. При­чём, не­смот­ря на то что судь­бы, со­бы­тия и вре­мя, в ко­то­ром они про­ис­хо­дят, очер­че­ны пунк­тир­но, все­го не­сколь­ки­ми штри­ха­ми, бла­го­да­ря мас­тер­ст­ву из­ло­же­ния в этих штри­хах уга­ды­ва­ет­ся вся жизнь. Мас­тер­ст­во, изя­щест­во по­вест­во­ва­ния, глу­би­на про­ник­но­ве­ния в си­ту­а­цию, муд­рый взгляд со­стра­да­ю­ще­го и мно­го по­ни­ма­ю­ще­го че­ло­ве­ка… Всё это по­зво­ля­ет все­го в не­сколь­ких стро­ках или аб­за­цах пред­ста­вить ис­то­рию, в ко­то­рой «и жизнь, и слёзы, и лю­бовь», и в них от­ра­же­ние вре­ме­ни и судь­бы це­ло­го по­ко­ле­ния. И ещё раз вы­де­лю сло­во «лю­бовь», по­то­му что, о чём бы ни пи­са­ла Гри­горь­е­ва, всё рав­но это ис­то­рия люб­ви, в ко­то­рой жизнь и смерть идут ря­дом. Но ина­че ведь и не бы­ва­ет. И то, что всё это из­ло­же­но все­го в не­сколь­ких пред­ло­же­ни­ях, вы­зы­ва­ет изум­ле­ние и ува­же­ние к та­лан­ту. «От счастья сво­е­го не убе­жишь. Но его ещё до­гнать на­до», — го­во­рит один из ге­ро­ев ро­ма­на. Счастье, оно, как лю­бовь, без не­го жизнь то­же те­ря­ет смысл, и веч­ная гон­ка в его по­ис­ках не обя­за­тель­но успеш­на. Но без неё, этой гон­ки, — прос­то не­воз­мож­на.

«…при под­лёте к аэро­дро­му он с не­че­ло­ве­чес­кой си­лой вы­бил дверь за­пас­но­го вы­хо­да, взял об­мяк­шую Ле­ну на ру­ки и вы­бро­сил её на лёт­ное по­ле, по­даль­ше от го­ря­ще­го са­мо­лёта. А сам вы­прыг­нуть не успел. Да и не рас­счи­ты­вал на спа­се­ние. Глав­ное бы­ло её спас­ти. По­то­му что лю­бил смер­тель­но. Вот пря­мо до смер­ти. Что и сбы­лось…»

Не сло­ва, не от­сут­ст­вие слов…
Мо­жет быть, ощу­щенье по­лёта.
Мо­жет быть. Но ещё лю­бовь —
Это буд­ни, бо­лез­ни, за­бо­ты.

И го­тов­ность по­мочь, спас­ти, улыб­нуть­ся в мо­мент, ког­да ху­до. Так бы­ва­ет не час­то, учти. Но не ре­же, чем вся­кое чу­до.

«…Они очень лю­би­ли друг дру­га. И умер­ли в один день. По­то­му что муж в тай­ге под­хва­тил од­наж­ды имен­но то­го са­мо­го — опас­но­го — кле­ща, од­но­го из мил­ли­о­нов. А к ней, бла­жен­но бал­де­ю­щей на оке­ан­ском бе­ре­гу, од­наж­ды внед­рил­ся под ко­жу не­ве­до­мый на­се­ко­мый зверь. И стал от­рав­лять сна­ча­ла ор­га­низм, а по­том и са­му жизнь. Сколь­ко ни ры­ли ей ко­жу вра­чи не­ви­ди­мы­ми лу­ча­ми — не на­хо­ди­ли, от­че­го она сла­бе­ет. И муж ни­чем не мог по­мочь, по­то­му что ле­жал в эн­це­фа­лит­ном па­ра­ли­че. Пос­ле их смер­ти взрос­лые де­ти ре­ши­ли их кре­ми­ро­вать, что­бы из­ба­вить дом от за­ра­зы. Но да­же в не­бо они воз­нес­лись вдво­ём. Их ды­мы сли­лись во­еди­но…»

Тёп­лый ве­тер, как по­да­рок с юга.
По­сре­ди не­настья — добрый знак.
Как ру­ко­по­жатье дру­га,
как улыб­ка вдруг и прос­то так.

Жизнь теп­лей все­го лишь на ды­ханье,
и длин­ней — все­го лишь на не­го.
Об­ла­ка — от встре­чи до про­щанья,
И судь­ба. И боль­ше ни­че­го.

Сот­ни ис­то­рий, со­бран­ных под об­лож­кой этой уди­ви­тель­ной кни­ги, чи­та­ют­ся на од­ном ды­ха­нии. Ибо на­пи­са­ны увле­ка­тель­но, мас­тер­ски и с под­роб­ным зна­ни­ем то­го, что про­ис­хо­дит в судь­бах ге­ро­ев и стран их про­жи­ва­ния. А это не толь­ко Рос­сия, но и Ан­глия, Гер­ма­ния, При­бал­ти­ка… И вез­де за яр­ким ко­ло­ри­том тра­ди­ций и мест­ной спе­ци­фи­ки од­ни и те же пе­ре­жи­ва­ния, ра­дос­ти и стра­да­ния, на­деж­ды и их кру­ше­ния. Ведь род че­ло­ве­чес­кий не­из­ме­нен. И то, «что бы­ло, то и те­перь есть, и что бу­дет, то уже бы­ло, и Бог воз­зо­вёт про­шед­шее…». С муд­ростью Биб­лии не по­спо­ришь. Но и то, что уже бы­ло с кем-то, в сво­ей судь­бе вос­при­ни­ма­ет­ся как не­бы­ва­лое до­се­ле от­кры­тие, са­мое важ­ное и не­пов­то­ри­мое. Ми­мо­хо­дом, и тем не ме­нее об­раз­но, с узна­ва­е­мы­ми де­та­ля­ми, рас­ска­зы­ва­ет Ли­дия Гри­горь­е­ва о дра­ма­ти­чес­ких со­бы­ти­ях 1990-х го­дов, сло­мав­ших или из­ме­нив­ших жиз­ни мил­ли­о­нов лю­дей, раз­ру­шив­ших при­выч­но на­ла­жен­ный быт, вос­ста­но­вить ко­то­рый ока­за­лось со­всем не­прос­то. И кто ви­но­ват? Жизнь, и все мы…

«…И опе­ча­ли­лась учил­ка. И вер­ну­лась из Гер­ма­нии в разо­рён­ную ре­фор­ма­то­ра­ми стра­ну. Кое-как до­тя­ну­ла до ни­щен­ской пен­сии… И нет в этой ис­то­рии мо­ра­ли, по­то­му что она амо­раль­на в ос­но­ве сво­ей. Тут все по­стра­дав­шие от ко­ле­са ис­то­рии, как лич­но­го, так и об­ще­го для всех…»

Жизнь не по­хо­жа на ту, что бы­ла.
Она не ху­же, не луч­ше.
Всё так же вер­шат­ся судь­ба и де­ла,
На солн­це на­хо­дят ту­чи.

И вновь про­дол­жа­ет­ся кру­го­во­рот,
Мгно­венье сме­ня­ет мгно­венье.
И в каж­дом — вне­зап­ный уход и при­ход
В мол­чанье и в серд­це­би­енье.

Всё же, пов­то­рю, что лю­бовь, не­взи­рая ни на что, — глав­ный пер­со­наж всех жи­тей­ских ис­то­рий «Тер­мит­ни­ка». Она мо­жет быть счаст­ли­вой и не очень, бур­ной и не­раз­де­лён­ной, но имен­но она опре­де­ля­ет на­стро­е­ние, по­ступ­ки, пе­ре­ме­ны учас­ти, иног­да же­лан­ные и дол­гож­дан­ные, иног­да тра­ги­чес­кие и не­вы­но­си­мые сво­ей не­из­беж­ностью. И от все­го это­го крат­кие, про­нзи­тель­ные рас­ска­зы чи­та­ют­ся как ро­ма­ны, сжа­тые с не­ис­то­вой си­лой до объ­ёма те­ле­фон­но­го со­об­ще­ния (не зря ведь дру­гая кни­га Гри­горь­е­вой на­зы­ва­ет­ся «Сти­хи для чте­ния в смарт­фо­не или крат­кос­ти­шия»). Это и при­ме­та вре­ме­ни — быст­ро­го, элек­трон­но­го, иг­но­ри­ру­ю­ще­го длин­но­ты, и вол­шебст­во мас­те­ра, чей та­лант, воз­мож­но, вновь при­вле­чёт к нор­маль­но­му чте­нию по­ко­ле­ние чи­та­те­лей эсэм­э­сок. Ведь о люб­ви чи­тать ин­те­рес­но всем — и юным, ко­то­рые толь­ко до­га­ды­ва­ют­ся о её сла­дост­ной бла­го­да­ти, и тем, кто свои ро­зо­вые меч­ты по­те­рял в се­рых за­ко­ул­ках про­мчав­ших­ся лет.

«…Ему нра­ви­лась де­вуш­ка в ро­зо­вой коф­точ­ке с пыш­ны­ми во­ла­на­ми. Но же­нил­ся он на ста­рос­те кур­са в стро­гой бе­лой блуз­ке. По­том она ста­ла ком­сор­гом все­го по­то­ка. Парт­ком, рай­ком. Пе­ре­ст­рой­ка. Пе­ре­ст­рел­ка. Пе­ре­ст­ро­и­лись. Под­на­жа­ли. И ока­за­лись в Гам­бур­ге по ев­рей­ской ли­нии де­ся­той во­ды на ки­се­ле. Да не об этом речь. А речь о ро­зо­вой коф­точ­ке, ко­то­рую он так и не смог за­быть. И на­ко­нец-то ку­пил сво­ей же­не поч­ти та­кую же на рож­дест­вен­ской рас­про­да­же. По­ло­жил под ёл­ку. За­ста­вил при­ме­рить. Но коф­точ­ка не со­шлась на её гру­ди и лоп­ну­ла по швам на её ар­буз­ных бёд­рах. А ведь ка­за­лась но­вой. И та­кой же­лан­ной…»

«…И бы­ло яс­но, что оз­ноб оча­ро­ва­ния к ним ни­ког­да не вер­нёт­ся…»

Об­жи­га­ю­щий вкус не у чая,
А у жиз­ни, у встреч и раз­лук.
Серд­це жар­че сту­чит­ся, встре­чая,
Пре­вра­щая во взрыв каж­дый стук.

Ки­пя­ток всех жи­тей­ских стра­да­ний
Об­жи­га­ет серд­ца вновь и вновь.
И спа­си­тель­ной лож­кой в ста­ка­не
За­щи­ща­ет аор­ту лю­бовь.

На мой взгляд, этим ро­ма­ном в штри­хах Ли­дия Гри­горь­е­ва от­кры­ла но­вое на­прав­ле­ние про­зы, наибо­лее под­хо­дя­щее для но­во­го вре­ме­ни. Но что­бы так пи­сать, вкла­ды­вая глу­бо­кое со­дер­жа­ние и пол­но­цен­ное по­вест­во­ва­ние в столь ма­лое прост­ранст­во пе­чат­но­го лис­та, ну­жен осо­бый та­лант и вир­ту­оз­ное вла­де­ние сло­вом. Всё это есть у Гри­горь­е­вой, и тут очень при­го­дил­ся её по­э­ти­чес­кий опыт. Нет, это не по­э­ти­чес­кая про­за, в ко­то­рой на пер­вом мес­те об­раз­ность и ме­та­фо­рич­ность, а уже на вто­ром — увле­ка­тель­ность, сю­жет­ная ди­на­ми­ка и со­бы­тий­но-смыс­ло­вая стре­ми­тель­ность. Это на­сто­я­щий ро­ман, и каж­дый его эпи­зод мо­жет стать ос­но­вой пол­но­цен­но­го те­ле­ви­зи­он­но­го се­ри­а­ла.

Как в тер­мит­ни­ке каж­дое по­ме­ще­ние име­ет свой смысл и пред­на­зна­че­ние (при этом все они со­еди­не­ны меж­ду со­бой сис­те­мой пе­ре­хо­дов и ко­ри­до­ров), так и в кни­ге Ли­дии Гри­горь­е­вой каж­дый рас­сказ са­мо­до­ста­то­чен. А со­еди­ня­ет их та­лант ав­то­ра и его же­ла­ние по­ве­дать ми­ру «боль­шое в ма­лом». Что ж, цель и средст­ва оправ­ды­ва­ют друг дру­га. И, как в при­ро­де, пусть этот «Тер­мит­ник» сто­ит дол­го на ра­дость чи­та­те­лям.

В статье ис­поль­зо­ва­ны сти­хи ав­то­ра и Тать­я­ны Дроз­до­вой.