Кулинариум

Александра Литвякова

Гора, харчевня и любовь

Луч­ше бы я ку­па­лась в мо­ре или си­де­ла в ка­фе. Но ма­ма по­про­си­ла: по­зво­ни! Её при­ятель­ни­ца жи­вёт на го­ре не­по­да­лёку от мо­е­го оте­ля. Уже лет во­семь жи­вёт, вы­шла за­муж за ка­та­лон­ца. По­зво­ни да по­зво­ни. По­зво­ни­ла.

При­ятель­ни­цу зва­ли Свет­ла­на. Мы не бы­ли с ней зна­ко­мы, но она мне об­ра­до­ва­лась, буд­то луч­шей под­ру­ге:

— При­ез­жай! За то­бой мой муж Кар­лес за­едет на ма­ши­не! Я сва­рю борщ!

Про борщ ска­за­ла как про что-то уди­ви­тель­ное.

При­ехал Кар­лес: ке­ды, джин­сы, джин­со­вая без­ру­кав­ка, джин­со­вая кеп­ка. По­тёр­тые и в воз­рас­те, как сам Кар­лес. Ма­ши­на то­же бы­ла «дыр-дыр», крях­те­ла и та­рах­те­ла. Уди­ви­тель­но, как она не за­глох­ла на ав­то­ст­ра­де. По­том мы подъ­еха­ли к го­ре. Вы­со­чен­ная та­кая го­ра. Ма­ши­на, за­ды­ха­ясь, на­ча­ла ка­раб­кать­ся на­верх по уз­кой до­ро­ге.

Го­ра бы­ла уты­ка­на до­ма­ми. Ос­но­ва­тель­ны­ми, с па­тио и бас­сей­на­ми. Воз­ле двух до­мов оби­та­те­ли го­ры по­стро­и­ли тен­нис­ные кор­ты. Хо­ро­шо при­ду­ма­ли, за­тей­ли­во. Не­пой­ман­ные мя­чи ска­чут вниз по го­ре, по кры­шам и го­ло­вам со­се­дей.

Дом Свет­ла­ны и Кар­ле­са сто­ял поч­ти на­вер­ху.

Свет­ла­на встре­ти­ла ме­ня в шор­тах и в фут­бол­ке с зо­ло­ты­ми пай­ет­ка­ми. Блон­дин­ка, хо­ро­ший ма­ки­яж, поч­ти де­вичья фи­гу­ра. Я вспом­ни­ла рас­сказ ма­мы, что её под­ру­га — кос­ме­то­лог, с му­жем раз­ве­лась, со­би­ра­лась жить од­на, без «ги­ри до по­лу», как она от­зы­ва­лась о сво­ём быв­шем му­же. Но тут кол­ле­ги и друзья по­да­ри­ли ей на день рож­де­ния по­езд­ку в Ка­та­ло­нию. Свет­ла­на по­еха­ла на экскур­сию, по­том за­шла в ка­фе. Па­ра фраз с Кар­ле­сом, ко­то­рый пил там ко­фе, и «за­иг­ра­ло ви­но в ста­рых ме­хах». Ма­ма го­во­ри­ла про ста­рые ме­хи, и мне пред­став­ля­лись боль­шие ко­жа­ные меш­ки-бур­дю­ки, в ко­то­рых бур­лит и хо­ду­ном хо­дит ви­но.

По­ка же мы втро­ём сто­я­ли у во­рот, Кар­лес и Свет­ла­на го­во­ри­ли друг с дру­гом, ни­ка­кой страс­ти. По­том Кар­лес уехал, под­ре­без­жал вниз.

— Он на ра­бо­ту, по­том вер­нёт­ся. Пой­дём, пой­дём, я те­бе всё по­ка­жу!

По­ка­за­ла.

Не­сколь­ко квад­рат­ных мет­ров пе­ред до­мом, ро­зы.

Па­тио у вхо­да в дом вы­мо­ще­но из­вест­ня­ком, ко­то­рый осо­бо и не шли­фо­ва­ли, как от­ко­ло­ли от го­ры, так и по­ло­жи­ли на зем­лю.

На вто­ром эта­же спаль­ни.

Лест­ни­ца — но­ги мож­но сло­мать.

На пер­вом эта­же кух­ня со сто­ло­вой, кра­си­вые што­ры, ди­ван с изящ­ной обив­кой, стол со стуль­я­ми.

Мы се­ли за стол. Хо­зяй­ке бы­ло при­ят­но слу­шать мои вос­тор­ги. Что за стол, что за стулья, а ска­терть, а та­рел­ки! А в та­рел­ках борщ. Борщ как борщ. Вы­пи­ли по рюм­ке к бор­щу, вздох­ну­ли.

Свет­ла­на на­ча­ла жа­ло­вать­ся:

— Если бы ты ви­де­ла, что тут рань­ше бы­ло! Я и ре­монт по­мо­га­ла де­лать, и дом оби­ха­жи­ва­ла. А ка­кое скри­пу­чее старьё здесь сто­я­ло! Я каж­дый день го­во­ри­ла Кар­ле­су: «Нуж­ны што­ры, нуж­ны та­рел­ки…» А Кар­лес эко­ном­ный, ве­че­ром са­дит­ся и счи­та­ет, счи­та­ет: что се­год­ня по­тра­тил, что зав­тра нуж­но ку­пить, и на чём мож­но сэко­но­мить…

При­ехал Кар­лес. По­слуш­но съел та­рел­ку бор­ща.

— Кар­лес нас зо­вёт по­си­деть в ка­фе. Рас­щед­рил­ся. Сна­ча­ла мо­жем зай­ти в храм, он на са­мой вер­ши­не, в пе­ще­ре.

Кар­лес по­ка­зал на мои но­ги и что-то ска­зал. Свет­ла­на кив­ну­ла, пе­ре­ве­ла:

— На го­ру хо­дит трам­вай­чик, во­зит ту­рис­тов в храм. Но он бу­дет че­рез час. А на­ша ма­ши­на на­верх не за­бе­рёт­ся, кру­той подъ­ём. При­дёт­ся ид­ти пеш­ком.

По­шли пеш­ком. Я ду­ма­ла, что серд­це из гру­ди вы­ско­чит, по­ка мы под­ни­ма­лись.

На вер­ши­не го­ры бы­ло ма­ло­люд­но, ту­ри­с­ты жда­ли трам­вай­чик, спе­ши­ли к ужи­ну в оте­лях. Мы за­шли в цер­ковь, ко­то­рая бы­ла в пе­ще­ре, спус­ти­лись по лест­ни­це к скле­пу, там на­хо­ди­лись усы­паль­ни­цы свя­то­го и не­сколь­ких на­сто­я­те­лей мо­на­с­ты­ря. Сам мо­на­с­тырь не со­хра­нил­ся.

Вы­шли и на­ткну­лись на во­до­пад по дру­гую сто­ро­ну хра­ма. Ря­дом с ним сто­я­ла ста­рая во­дя­ная элек­трос­тан­ция, ра­бо­чая. Мы узна­ли об этом че­рез па­ру ми­нут, ког­да за­жглись боль­шие улич­ные лам­пы при­чуд­ли­вой фор­мы: од­на бы­ла по­хо­жа на ва­зу, дру­гая на ог­ром­ную кап­лю. На­вер­ное, по­жерт­во­ва­ния стек­ло­ду­вов, ре­ши­ли мы.

В ка­фе дву­мя вит­ка­ми до­ро­ги ни­же хра­ма мы при­шли за­тем­но. Се­ли не­по­да­лёку от жа­ров­ни. Кар­лес пе­ре­го­ва­ри­вал­ся с хо­зя­и­ном ка­фе Ми­ке­лем. Об­суж­да­ли так, буд­то ме­ню для при­ёма ко­ро­ле­вы. На­ко­нец вспых­нул огонь и за­пах­ло вкус­но, Ми­кел при­нёс лом­ти хле­ба, об­жа­рен­ные на ог­не.

— Это пан­ту­мак, хлеб с по­ми­до­ра­ми, — объ­яс­ни­ла Свет­ла­на, — нуж­но под­жа­рить хлеб на ре­шёт­ке, по­том на­те­реть чес­но­ком, по­ми­до­ром, по­лить олив­ко­вым мас­лом. Ещё пе­рец и соль, и всё, на­ша ка­та­лон­ская за­кус­ка го­то­ва. Я люб­лю пан­ту­мак с жа­ре­ной ры­бой и ан­чо­уса­ми. Мож­но и с кол­бас­ка­ми и ха­мо­ном.

К нам за стол под­сел хо­зя­ин, и Свет­ла­на за­го­во­ри­ла с ним как с хо­ро­шим зна­ко­мым. По­том по­вер­ну­лась ко мне:

— Ми­ке­лю по­мо­га­ют же­на, сын, не­вест­ка. Сын с не­вест­кой дол­го жда­ли ре­бён­ка. В про­ш­лом го­ду не­вест­ка за­бе­ре­ме­не­ла. Се­год­ня ут­ром же­на Ми­ке­ля и их сын по­вез­ли не­вест­ку в хос­пи­тал ро­жать. Ми­кел не за­крыл ка­фе, но ни­че­го не го­то­вил.

Ми­кел при­жал ру­ки к гру­ди.

— Го­во­рит, что нер­в­ни­ча­ет. У не­го есть ко­фе, ви­но, пан­ту­мак. И ещё есть эс­ка­ли­ва­да, за­пе­чён­ные ово­щи, не­вест­ка их вче­ра го­то­ви­ла. Пан­ту­мак и эс­ка­ли­ва­да всег­да бы­ли в мест­ных ка­фе. Рань­ше ка­фе бы­ли прос­то хар­чев­ня­ми. Хар­чев­ни тут из­дав­на сто­я­ли, на­вер­ное, и двес­ти, и пять­сот лет на­зад, здесь до­ро­га па­лом­ни­ков, ко­то­рые шли в храм, им нуж­ны бы­ли и стол, и кров.

Ми­кел при­нес про­ти­вень с эс­ка­ли­ва­дой — за­пе­чён­ны­ми ово­ща­ми: пер­ца­ми, бак­ла­жа­на­ми, лу­ком с по­ми­до­ра­ми. Эти ово­щи, по­ре­зан­ные тон­ки­ми лом­ти­ка­ми, мы по­ли­ли олив­ко­вым мас­лом, как и хлеб с то­ма­та­ми. И на двух язы­ках при­ня­лись об­суж­дать, что же по­да­ва­ли в здеш­них хар­чев­нях в те вре­ме­на, ког­да в Ев­ро­пу ещё не при­вез­ли то­ма­ты и пер­цы.

— Но хлеб-то был всег­да, и олив­ки, и сыр, — ска­зал Ми­кел и по­ка­зал на­верх, буд­то об­ра­щал­ся к не­бе­сам. — На вер­ши­не го­ры свя­той по­хо­ро­нен, в на­ших мес­тах мно­го свя­тых. По­том по­стро­и­ли храм. Был и ка­то­ли­чес­кий мо­на­с­тырь. Па­лом­ни­ки под­ни­ма­лись по до­ро­ге на го­ру, мо­ли­лись, спус­ка­лись в хар­чев­ню. Бы­ла при­строй­ка, там мож­но бы­ло пе­ре­но­че­вать.

Мы по­ели и вы­шли на тер­ра­су. Вез­де бы­ли ог­ни. На вер­ши­не го­ры, обо­зна­чая си­лу­эт хра­ма. В до­мах на го­ре. У мо­ря свер­ка­ло, как на но­во­год­ней ёл­ке.



Свет­ла­на пе­ре­во­ди­ла Кар­ле­са. Он рас­ска­зы­вал, что маль­чи­ком пас на этой го­ре коз. У не­го был са­рай, в ко­то­ром он но­че­вал. И Кар­лес меч­тал, что у не­го бу­дет свой дом. Свой дом здесь, на го­ре. Кар­лес мно­го ра­бо­тал и ку­пил зем­лю. На­чал стро­ить дом. Де­нег на строй­ку не хва­ти­ло, и Кар­лес про­дал по­ло­ви­ну зем­ли. Остал­ся со­всем кло­чок. Кар­лес очень эко­ном­ный. Эко­но­мил на всём. Иног­да под­ни­мал­ся в хар­чев­ню к Ми­ке­лю и ел прос­то хлеб. Здесь, в хар­чев­не, он и по­зна­ко­мил­ся с ту­рист­кой. Ту­рист­ка бы­ла рус­ская, блон­дин­ка, на каб­лу­ках, осле­пи­тель­но на­кра­ше­на.

— Она бы­ла как прин­цес­са, — пе­ре­ве­ла Свет­ла­на, и тут же воз­ра­зи­ла му­жу на рус­ском: — Ка­кая же я прин­цес­са? Прин­цес­са с прин­цем при­ез­жа­ют в за­мок, там шел­ка, ме­ха, ков­ры, слу­ги. А тут принц счи­та­ет каж­дую ко­пей­ку… Раз­ве прин­цес­сы по­мо­га­ют кра­сить, шту­ка­ту­рить? Дом ещё на­до бы­ло до­во­дить до ума! Да, я ког­да-то по­мо­га­ла ро­ди­те­лям стро­ить дом на да­че, но во­об­ще-то я кос­ме­то­лог!

И она за­го­во­ри­ла на ка­та­лон­ском. По­том при­бе­жал Ми­кел, за­кри­чал, раз­ма­хи­вая ру­ка­ми. Без пе­ре­во­да бы­ло по­нят­но: ему по­зво­ни­ли, ро­дил­ся внук. Ми­кел при­нёс ви­но, мы пи­ли, го­во­ри­ли, всё бы­ло по-до­маш­не­му.

За пол­ночь по­шли до­мой вниз по до­ро­ге. По­лил до­ждь. Свет­ла­на сня­ла туф­ли, шла бо­си­ком. Мои крос­сов­ки про­мок­ли и чав­ка­ли. Ока­за­лось, что до­ро­га гли­ня­ная, не мо­щё­ная, и во­да не­слась по ней ручь­я­ми. Сколь­ко по этой до­ро­ге хо­ди­ли-хо­ди­ли, а за­мос­тить не удо­су­жи­лись.

При­шли. Ока­за­лось, что нет во­ды, что-то сло­ма­лось. Ерун­да ка­кая-то — вот она во­да, льёт с не­ба, но в кра­нах ти­хо. Свет­ла­на за­черп­ну­ла из дожде­вой боч­ки и при­нес­ла вед­ро во­ды. Мы сто­я­ли бо­си­ком на шер­ша­вых пли­тах па­тио и мы­ли но­ги, вы­ти­рая их ста­рым по­ло­тен­цем. По­том ещё по­си­де­ли в гос­ти­ной. Сыр и ви­но, очень тер­п­кое.

«Как па­лом­ни­ки», — по­ду­ма­ла я.

Да, сей­час всё бы­ло ина­че. Ма­ши­ны, особ­ня­ки, бас­сей­ны, мо­биль­ные.

Но всё как бы­ло, так есть и бу­дет: до­ро­га, храм, чёр­ное не­бо со звёз­да­ми, очаг, хлеб с олив­ко­вым мас­лом, во­да с не­бес.

Я кле­ва­ла но­сом. Свет­ла­на отве­ла ме­ня в ком­на­ту на вто­ром этаж. Я лег­ла и за­сну­ла.



Ут­ром про­сну­лась ра­но, от­кры­ла ок­но. Свет­ла­на по­ли­ва­ла из шлан­га ро­зы. Прин­цес­са-са­дов­ни­ца. К ней вы­шел Кар­лес, то ли в шор­тах, то ли в се­мей­ных тру­сах. Они це­ло­ва­лись, во­да по­ли­лась на них. Свет­ла­на и Кар­лес вдво­ём схва­ти­ли шланг и за­сме­я­лись. Я вспом­ни­ла про ви­но в ста­рых ме­хах.

Свет­ла­на сва­ри­ла ко­фе. Очень креп­кий. Кар­лес уехал на ра­бо­ту.

Свет­ла­на про­во­ди­ла ме­ня к трам­вай­чи­ку, он при­ехал че­рез па­ру ми­нут, пус­той, ту­рис­тов ещё не бы­ло.

Трам­вай­чик ехал на­верх.

— Ни­че­го, по­том спус­тит­ся, — ска­за­ла Свет­ла­на и по­че­му-то ме­ня пе­ре­крес­ти­ла.

Трам­вай­чик под­ни­мал­ся на го­ру, я уви­де­ла хар­чев­ню Ми­ке­ля, за­тем был храм. Трам­вай­чик по­сто­ял на вер­хуш­ке го­ры и стал спус­кать­ся, до­воль­но быст­ро. Вжик, хар­чев­ня, дом Свет­ла­ны и Кар­ле­са. Вжик, особ­ня­ки, бас­сей­ны, тен­нис­ные кор­ты. Вжик, и по­ка­тил к мо­рю.

До­ма я по­про­бо­ва­ла сде­лать пан­ту­мак. По­жа­ри­ла на гри­ле хлеб. Бы­ли чес­нок, то­ма­ты, олив­ко­вое мас­ло. Мои гос­ти да­же хва­ли­ли. Пан­ту­мак, да не тот, что в хар­чев­не на го­ре. Я-то зна­ла, че­го мо­е­му пан­ту­ма­ку не хва­та­ет.

Баннер Литературно.jpg
Литбюро Натальи Рубановой_илл..jpg

ЛИТЕРАТУРНОЕ БЮРО НАТАЛЬИ РУБАНОВОЙ

 

  • Прозаики

  • Сценаристы

  • Поэты

  • Драматурги

  • Критики

  • Журналисты

 

Консультации
по литературному
письму

 

Помощь в издании книг

 

Литагентское
сопровождение
авторских проектов

покровский собор.jpg
серия ЛБ НР Дольке Вита_Монтажная област
антология лого 300.jpg

 Для рукописей и предложений: vtornik2020@rambler.ru