Приходит человек‑Мосгаз:

      — Здрасте, я Мосгаз, пришел проверять ваш газ, — все чин чинарем.

      — Вот, пожалуйста, плита.

      — Ага, вижу, плита (замеряет, что полагается). И как она себя чувствует?

      — Кто?

      — Плита.

      — Ну, как вам сказать — по возрасту.

      Мосгаз (отсмеявшись): Электорподжиг, конечно, уже не работает?

      Я (оскорбленно): Почему это?! Работает!

      — Работает?!

      — Ну, по правде сказать, частично: одна конфорка давно уже отдыхает, спичкой зажигаю. Еще одна — да. И две — с уговорами.

      Нажимаю на маленькую, которая «с уговорами». Электроподжиг капризничает.

      Я уговариваю: — Ну, давай, не подводи меня! Я за тебя поручилась!

      Электроподжиг капризничает.

      Мозгаз (сочувственно): — Просто надо посильнее нажать!

      Я: — Да уж знаю я. Не первый год знакомы: с этой плитой я двоих детей вырастила.

      Мосгаз из мосгаза тут же превращается в любопытного дядьку с усами.

      Дядька с усами: — И кто у вас?

      Я: — Мальчик и… тоже мальчик.

      Дядька с усами (назидательно): — Тогда нужно говорить «два мальчика».

      Опешила.

      Нет, я понимаю, что новое поколение имеет все права не смотреть старое кино.

      Но старое‑то, старое поколение! Как оно умудрилось забыть то что давно разобрано на цитаты и вообще стало частью культурного кода?!

      Непонятно и загадочно.